— Вот она? — уточнил Бутс.

— Ага! — кивнул Чино. — А теперь, будь любезен, отвали в сторонку и постой там, пока мы познакомим её с нашими веревками.

— А ну, стоять, жулики! — рявкнул Бутс.

— Что не так, сэр? — притормозил Чино.

— Вы её не можете получить, — заявил Бутс.

— Мы охотились на неё, потратили своё время, — усмехнулся Чино. — Так что она — наша законная добыча. Всё вполне законно. Мы — честные люди. У нас права на неё. А теперь, отвали и не вмешивайся. Ну-ка, цып-цып, иди ко мне моя маленькая вуло, суй головку вот в эту петельку.

— Прекратить! — прорычал Бутс.

— Что опять не так, папаша? — раздражённо спросил Чино.

— Очевидно, — сказал Бутс, — Ты заблуждаешься, что она — свободная женщина, та, которую можно просто подобрать, как ларму в саду, для любых целей, что Тебе могли бы понравиться.

— Ясное дело, — усмехнулся Чино.

— Просто, она уже не свободная женщина, — сказал торговец.

— Чё! — возмутился Чино.

— Я Ты присмотрись к её симпатичной шейке, — намекнул Бутс.

— Во блин, она в ошейнике! — удивился Чино.

— Точно! — подтвердил Бутс.

— Она — рабыня! — сказал Чино.

— Да, — заверил его Бутс.

— А какая, в общем-то, разница, невостребованная рабыня почти столь же хороша как свободная женщина, — пожал плечами Чино, снова поднимая петлю.

— Стоять! — крикнул Бутс.

— Ну теперь-то чё? — закипел Чино.

— Да, чё теперь? — поддакнул Лекчио.

— На эту женщину заявлены права и она в ошейнике, — заявил Бутс.

— Как! — возмутился Чино.

— Как? — удивился Лекчио.

— Ребят, вы — воры? — осведомился Бутс.

— Нет! — возмутился Чино.

— Нет? — удивился Лекчио.

— Нет! — крикнул Чино.

— Нет! — с честным видом подтвердил Лекчио.

— Тогда воздержитесь от своих планов, негодяи, — бросил им Бутс, — эта женщина — моя собственность!

— Эт чё правда, что ль? — спросил Чино у девушки.

— Да, Господин, — ответила Бригелла, — это правда. — Я — его собственность. Он — мой владелец. Я принадлежу ему. Принадлежу, по закону, полностью, всеми способами и во всех смыслах!

— Зато нас тут двое, — угрожающе заметил Чино.

— Да не боюсь я вас! — усмехнулся Бутс. — Прочь отсюда, жалкие проходимцы, а не то я скормлю вас вашим же собственным слинам!

— А я и не знал, что у нас есть какие-то слины, — шепнул Лекчио обращаясь к Чино.

— Валите отсюда проходимцы, негодяи, жулики! — заорал Бутс замахиваясь на парней угрожающим жестом.

Чино и Лекчио, быстро, с очевидным ужасом, резво поскакали прочь со сцены.

— Вы спасли меня! — обрадовано закричала Бригелла.

— Да, — кивнул Бутс.

— На мне Ваш ошейник, — сказала она. — Теперь я, действительно, Ваша! Вы знаете!

— Ясное дело, — подтвердил Бутс, заинтересованно оглядывая свою собственность. — Это верно, не так ли?

— Да, Господин.

— А значит, Тебе отныне можно приказывать что угодно, — размышлял Бутс, — абсолютно, что угодно, вообще что угодно, и Ты должна повиноваться, немедленно и отлично.

— Да, Господин, — признала она.

— Ну тогда прими, положение, полуприсев, как это делает свободная женщина захваченная врасплох, пытаясь прикрыть свою красоту.

— Да, Господин, — послушно ответила она, поднимаясь на ноги.

Зрители взорвались отчаянным хохотом, поскольку она, уже полностью раздетая рабыня, приняла эту зажатую, неловкую позу, одну из тех, что ассоциируются с робкой, шокированной, потрясенной, удивлённой свободной женщиной. В действительности, она уже часто принимала такое положение ранее в фарсе, когда она, предположительно, была такой вот свободной женщиной.

— Теперь, на самый краткий миг, отодвинь руки, а затем немедленно, мгновенно верни их на место, где они сейчас, — скомандовал Бутс.

Бригелла послушно выполнила указанное движение. Если кто-то смотрел не внимательно, то, возможно, пропустил этот момент.

— О да! Да! — исступленно закричал Бутс. — Вот оно! О, счастье! Удача! Это — оно! Это — то самое!

— Что? — удивилась она.

— Взгляд! — радовался Бутс. — Изумительный взгляд!

— Это — все? — осведомилась Бригелла.

— Да! — радостно кричал мужчина.

— Тогда, отдайте мне, — внезапно потребовала она, — удивительную, волшебную вуаль!

— Увы, — засмеялся Бутс. — Не могу. Уже будет неправильно сделать это.