— Вот мои новые друзья и помощники, — сказала, улыбаясь, Фируза подошедшему к ней вместе с Латифом мужу. — Эту кудрявую зовут Занджира, а этого мальца-молодца, ее брата, Шанбе.

Караванбаши в свою очередь представил ребят:

— Это воины Латифа Кутула. — И тут же обратился с вопросом к детям: — Вы из какого отряда?

— Мы из первого, — отчеканил Шанбе, — зовут нас «Огонь».

— Ну, молодцы, — сказал караванбаши. — А чей ты сын?

— Я сын Аваза — охотника.

— Привез дрова красноармейцам?

— Привез.

— Вот молодец! Теперь отведем гостей в дом.

Ребята в сопровождении Фирузы шли впереди, Асо и Латиф — за ними.

Кишлак был расположен у подножия гор. Двор Латифа стоял несколько в стороне от остальных, в нем было всего два небольших дома, айван и хлев.

Латиф зажег коптилку. Проем в стене, служивший окном, почти не пропускал света. Недалеко от него находилось сандали, вокруг которого Латиф расстелил несколько шкур, на них положил одеяла, подушки и предложил сесть.

Ребята принесли дрова и разожгли их. Из очага мгновенно вырвался дым, клубами окутавший потолок.

— Ничего не поделаешь, в наших горных домах всегда так, — сказал Латиф извиняющимся голосом. — К тому же я сам здесь не каждый день бываю. Хозяева дома — вот эти осиротевшие дети. Отца убили басмачи, я отомстил за него и привел сюда детей.

— Правильно сделали, — живо откликнулась Фируза, — Занджира вот-вот станет взрослой. Сама себе хозяйкой будет, станет готовить обед, убирать комнаты.

— Я и теперь убираю, — горделиво сказала она.

Взрослые рассмеялись и стали готовить ужин. Фируза вытащила из мешка взятые в дорогу запасы. Латиф принес свое — хлеб, чай, сливочное масло. Усевшись поудобнее, они приступили к еде, делились впечатлениями. Фирузе очень хотелось узнать, чем занимается Латиф Кутул, есть ли у него жена, дети, почему на нем старая солдатская форма. Но она так и не решилась его спросить.

Ужин был закончен.

— А теперь отдыхайте, ложитесь спать, — сказал Латиф. — Занджира остается здесь. Если понадобится что-нибудь, она поможет. А Шанбе пойдет со мной.

— Выходит, что мы вас выставляем из собственного дома! — сказал Асо. — Да вы не беспокойтесь о нас. Все мы можем устроиться на ночлег в этой комнате. Трудно ли — одну ночь?

— Нет, нет, — запротестовал Латиф, — дело не в этом. Мы с Шанбе каждую ночь дежурим. Курбаши Хаит-палван со своими басмачами хоть изредка, но совершает ночные набеги… Если мы на страже, они не решатся напасть.

А вы спите спокойно, никто вас не потревожит.

— И я останусь дежурить с вами… Можно?

— Не нужно! Сегодня все спокойно. Басмачи далеко, о караване и не подозревают.

— Почему вы так уверены? Ваш аксакал уж слишком лебезил. Не значит ли это, что он успел сообщить о нас?

— Да, он на это способен. Но придет время, и лиса попадет в капкан. Он будет наказан… руками своих же односельчан.

— А до сих пор ни разу не попадался? — спросила Фируза.

— Нет, он очень изворотлив. Но я не выпускаю его из поля зрения. Сегодня ночью он не рискнет напасть. Спокойно спите, наши не допустят, чтобы хоть один волосок упал с вашей головы. Недалеко отсюда, в Кара-таге, стоят войска. В случае чего… В общем, спите. Если понадобится, я вам сообщу.

— Ну, хорошо!

Латиф и Шанбе ушли. Фируза и Асо молчали, задумавшись.

— А все-таки было бы лучше, если бы мы были с нашими воинами, — нарушила молчание Фируза.

— Ничего, не волнуйтесь, я верю Латифу.

— Если нападут басмачи, — неожиданно заговорила Занджира, — тут недалеко есть сухой колодец, мы иногда в нем прячемся. О нем знают только дядя Латиф и Шанбе.

— Басмачи не придут, — уверенно сказал Асо, — они боятся красноармейцев.

— Да, они их боятся, — подтвердила Занджира. Она улеглась на шкуру, подложив ладошку под голову.

— Вот видите, Занджира не боится, легла спать, а вы, всегда такая храбрая… испугались? Ложитесь тоже!

Фируза была веселой, решительной, смелой. В начале пути она из предосторожности надела паранджу и чашмбанд. Потом сбросила их, прикрыв голову большим шерстяным платком. Познакомившись со своими спутниками поближе, она совсем освоилась, помогала чем могла. Что же беспокоит ее в эту ночь, почему тревожные огоньки время от времени вспыхивают в ее глазах?

— Хотел бы я все-таки понять, чего вы боитесь? — понизив голос, спросил Асо, когда Занджира заснула. — Что произошло?