– Прости, — он опустил глаза. Скарлет безразлично кивнула и пошла прочь, — Скарлет, — окликнул Хао, — а что ты чувствуешь?

– Что я самый счастливый человек на свете, и что счастье это кончится так же быстро, как и пришло, — она было замолчала, а потом добавила совсем тихо, — и что больше оно не вернется, — не поворачиваясь сказала девушка и быстро ушла.

Хао закрыл глаза и прислонился спиной к стене. Потом тихо сполз по стене и закрыл голову руками. Просидел так с минуту, затем поднял взгляд и невесело усмехнулся, не находя в себе сил пойти и сказать Джин, что все отменяется. Он хотел ее добиться. И плевать, даже если ей потом будет так же плохо, как и Скарлет. Свыкнется. Он бодро встал и зашагал обратно в столовую.

– Привет, малышка, — Хао весело уселся рядом с Джин и тут же обнял ее одной рукой. Фиона улыбнулась, Тами покраснела. Джин поперхнулась чаем от подобной наглости.

– Ты что тут делаешь? – прошипела она.

– Я? – он весело обернулся по сторонам, — ты не поверишь, я тут учусь.

– Ты понял, о чем я! – Джин покраснела от переполнявшей ее ярости, — ты обещал не приближаться ко мне!

– Ну-ну, дорогая, — Хао положил вторую руку ей на ногу, — я обещал не приставать. Так я и не пристаю.

– Да что вы говорите! – Джин оттолкнула его руку.

– Просто планы поменялись, — он сложил руки на столе.

– Да? – сменив гнев на милость, Джин заглянула ему в лицо, — ты серьезно? Мне не надо никуда идти? – на ее лице появилась неописуемая радость.

– О, нет конечно, — Хао ей тоже радостно улыбнулся, — я, кстати говоря, вообще не к тебе.

– Как это? – растерялась Джин, — а к кому же?

– К вам, прекрасные девушки, — он фирменно улыбнулся Тами и Фионе.

– Ты насчет вечеринки? – переспросила Фиона, — Йо говорил мне.

– Наш пострел везде поспел! – Хао откинулся на спинку стула, — значит, все-таки к тебе, — он снова повернулся к Джин, — итак, девушки, — он силой поднял Сейнт со стула, — ждем вас к семи у нас дома, до встречи, — и притянул к себе сопротивляющуюся девушку.

– Пусти меня! – Джин снова невероятно разозлилась, — что ты себе позволяешь!

– А что? – невинно поинтересовался Хао, — пусть все знают, что ты моя девушка.

– Твоя кто? – в ужасе переспросила Джин, — да ты с ума сошел! Я не буду с тобой встречаться!

– Будешь, — уверенно заявил Хао, — и даже более того, сама согласишься, мне тебя даже заставлять не придется.

– Отстань! – она уперлась ему в грудь руками, — почему именно я?!

– Ты мне нравишься, — просто ответил Хао, — тебя конечно может кое-кто спасти, — он метнул взгляд на смеющуюся Анну, старающуюся успокоить Пилику, — но боюсь, она не согласится.

– Она девушка твоего брата! – в ужасе сказала Джин.

– Спасибо за столь ценную информацию, Джинни, — съязвил Хао, — я в курсе. Ладно, до встречи, — он слегка коснулся ее губ и, резко отстранив, стремительно пошел к выходу, к которому с другой стороны буквально летела Пилика. Перехватив ее прямо у дверей, он быстро повернул девушку лицом к себе.

– С тобой что? – усмехнулся он, глядя на такую разгневанную подругу.

– Ничего! Отвали! – заорала Пилика и выдернула руку, умчавшись в направлении кабинета экономики.

Пару минут спустя прозвенел звонок и столь насыщенный событиями обед наконец закончился. 11 класс отправился в спортзал, 10 – на экономику, 9 – на японский.

– Итак, Йо, ты дежурный, — сходу объявил Силва, как только они построились.

– Что? Почему? – удивился парень, — первый стоит Феникс.

– Я сказал, ты дежурный, — повторил Силва. Йо пошел в начало строя.

– Тоталитарная власть, — констатировал Фудо, — никем не ограниченная.

– Опять вы за свое? – повысив голос, спросил Силва, — после того, что вы натворили, вы должны вести себя как ангелы!

– Мы так и делаем, — просто ответил Йо, — выполняем любой приказ…

– При этом сначала попытавшись его оспорить непременно, — ответил Силва.

– Свобода слова, — развел руками Феникс.

– Все вокруг требуют, чтобы мы самовыражались как личности, взятые каждый в единственно-индивидуальном числе, — завел Лайсерг, — при том не разрешают высказывать свое мнение.

– А если оно неправильное? – раздраженно спросил Силва.

– Так объясните нам это, мы же дети, — ответил Лайсерг.

– Вам объяснять, что об стенку горох, — махнул тренер рукой, — вы же во всем считаете себя правыми.

– Так с чего ты взял, что это не так? – скрестив руки на груди, надменно спросил Хао.

– Во-первых, вы, — поправил Силва, — во-вторых, вы не можете еще знать всего. Вы максималисты, вам кажется, что весь мир у ваших ног. Чувство это с годами пройдет, вы поймете, что не мир вертится вокруг вас, а вы всего лишь маленькая часть этого мира.