– Нет, не имеешь! – ответила девушка. Брови Хао поползли выше, — И нечего на меня так смотреть, — отрезала Джин.

– Как прикажешь, — он расплылся в улыбке, — у меня идея, к слову!

– Что ещё? – нахмурилась Джин, повязывая лёгкий белый шарфик перед зеркалом.

– На улице льёт дождь, Йо заканчивает репетировать в 9, а родители идут к Силве, как обычно, — он закатил глаза.

– И что с того? – Джин старательно натягивала голубую шапку с помпоном.

– Ты такая милая, — протянул Хао.

– Холодно же, — буркнула Джин, — что я, мёрзнуть что ли должна…

– Нет, конечно нет. Так вот, пора ввести тебя в почётный круг дома Асакур! Другими словами, — быстро заговорил Хао, видя, что Джин собирается перебить его, — мы часто в выходные собираемся вместе. А сегодня всё равно ужасная погода, и поэтому гулять просто нет смысла, итак, — он сделал небольшую паузу, — мы идем ко мне, обещаю тебя потом проводить. Ну, или можешь остаться… — он снова улыбнулся.

– Шутишь? Ни за что не останусь!

– То есть пойти ты согласна?

– Хао, я не настолько глупая, чтобы отказываться от тепла в пользу насморка и грязных луж, — она тоже чуть улыбнулась и, застегнув куртку, наконец повернулась.

– Отлично! Этим ты мне и нравишься, — она опять нахмурилась, — что ты не глупая, — пояснил Хао и протянул ей руку.

В этот субботний вечер, как часто это случалось, ребята дружной компанией собрались за чаем в доме братьев Асакура. Кейко и Микихиса часто наведывались к своим многочисленным друзьям, и были вполне не против подобных посиделок до их возвращения. Обычно они заранее предупреждали, когда вернутся. Вообще-то, Кейко и Микихиса были весьма лояльными родителями, понимающими своих детей. Многие подростки позавидовали бы подобному поведению, для Хао и Йо же это было чем-то совершенно обыденным, и они редко задумывались о том, что далеко не все родители столь снисходительны. Итак, Анна, Пилика, Лайсерг, Джин, Фудо, Рен, Феникс, Трей, Глория, Фиона, Мари и Мати собрались промозглым субботним вечером в большой и уютной гостиной дома Асакур.

– Итак, предлагаю поиграть! — весело предложила Мари, вытягивая руки вперед.

– Во что? — пробурчал Трей, засовывая печеньку в рот.

– В крокодила, — предложила Мари.

– Или в мафию, — Мати пожала плечами.

– Или в ассоциации, Джоко сегодня нет, — усмехнулся Лайс.

– Можно ещё в бутылочку, — скромно предложил Фудо, старательно избегая смотреть Мати в глаза.

– Или в правду или желание, — поддержал Йо.

– Вы ещё твистер предложите, — бросил Хао.

– А у нас есть? — удивился Йо, Хао закатил глаза.

– А я знаю одну очень забавную игру, — Глория склонила голову на бок, загадочно улыбнувшись, — и думаю, вам понравится. Называется МПС.

– А ты точно буквы местами не перепутала? — не удержался Рен.

– Нет, Тао, у меня с мозгами всё в порядке.

– Что ж, по крайней мере, в это мы ещё никогда не играли, — пожала плечами Пилика, — что значит МПС?

– Мой правый сосед, — пояснила Глория, — смотрите, все мы сидим по порядку! Теперь каждый, начиная с меня, должен сказать, что ему нравится и что не нравится в его соседе справа.

– И в этом вся игра? — нахмурилась Мати.

– Имейте терпение, — Глория снова улыбнулась, — Попробуем? — она окинула всех взглядом и, не встретив возражений, начала первая, — Вот например, в тебе, Рен, мне не нравится абсолютно всё!

– Отлично, мне в тебе тоже, — Рен скрестил руки на груди.

– Но так говорить нельзя. Кстати, повторяться тоже нельзя, — она снова обратилась ко всем, — итак, мне не нравится твоя дурацкая футболка и...

– А чем это она дурацкая? — вскипел Рен.

– И нравятся твои руки, — закончила Глория, Тао тут же присмирел.

– Теперь я? — уточнил он, окинув взглядом Феникса, сидевшего рядом. Глория утвердительно кивнула.

– Жаль, что руки уже были. Уверен, ты от них в восторге, — съязвил Хао.

– Помолчи, лохматый, — огрызнулся Рен, — пусть мне нравится твой браслет! А не нравится... — Рен замялся, — то, как ты говоришь букву Р!

– Эй, нет! Только в самом человеке! — запротестовала Глория.

– Ну тогда твои носки. Они мне не нравятся, — отмахнулся Рен.

– Эм... — Феникс посмотрел на Трея, жующего банан, — мне не нравится твой рот.

– Шего бы это? — возмутился Трей.

– Ну уж извини, — развел руками Феникс, — а нравится твоё правое ухо!

– Ого, — усмехнулся Трей, — не ожидал от тебя таких нежностей! Итак, Фудо, мне безуууумно нравятся твои губки, — Хоро причмокнул, — а не нравится мне, ну, пусть мне не нравится твоя фенечка на шее!

– Дятел... — буркнул Фудо и с улыбкой повернулся к Мати, — мне всё в тебе очень нравится, дорогая, но пусть это будут твои ноги. А не нравится мне твоё платье, да-да-да!