– Просто пообещай мне, что скрывать ничего не станешь, — он наконец обнял её в ответ.

– Йо! – тут же вскипела Анна, — Я никогда ничего не скрывала от тебя!

– Я не об этом, — спокойно продолжил он, — я доверяю тебе, но ты можешь промолчать хотя бы ради того, чтобы мы с ним не ссорились…

– Всё-всё, — перебила Анна, — у него есть теперь девушка.

– Надолго ли, — вздохнул Йо.

– Она строптивая, — улыбнулась Анна, — так что надолго.

– Поверь, её строптивость с каждым днем становится всё более призрачной.

– Уже так? А она казалась стойкой.

– По-моему ты единственная, кто игнорирует его мастерские чары.

– Ещё Пилика, — хмуро отозвалась Анна.

– Ааань, — он легко поцеловал её в губы, она потянулась за продолжением, но, — просто признай, что на ней он ничего не практиковал.

– А на мне практиковал что ли?

– А то, — улыбнулся Йо, — но ты молодец у меня, — он ещё раз поцеловал её.

– Вот по-моему тут и кроется весь его интерес к моей персоне.

– Мм? – он поднял брови вверх.

– В том, что я твоя, — пояснила Анна.

– А ты моя? – он довольно улыбнулся.

– Йо! – Анна оттолкнула его от себя и вся вспыхнула, сама точно не зная почему.

– Ладно, ладно, уже сказала, — он притянул её к себе со спины и поцеловал в шею, заглушая свой непроизвольный смех.

Офелия лежала в кровати и не могла заснуть. Она перевернулась на спину и уставилась в потолок, шумно выдохнув. Не стоило спать днем. Явно не стоило. Когда вот так лежишь, одолевают мысли. О Скарлет, о Фениксе, о Хао… Обо всех. Лия встала и открыла верхний ящик письменного стола, вытащила оттуда наушники и, подключив их к плееру, включила музыку погромче. Снова легла и закрыла глаза.

Феникс… Он любит меня, похоже, сильно. Я нужна ему. А он мне нет. Эгоистично? Наверно. Да, скорее всего. Он так любит обнимать меня, целовать. Фу. Ненавижу это. Вот если бы это был… Нет! Скарлет… Она молодец, сама пришла. Наконец признала, что нечестно поступила. А толку? Она с ним спала… Он её трогал… Целовал… Он хотел её…

Лия зажала рот одеялом и закричала от боли, разрывающей изнутри.

Почему эта жизнь такая ненавистная. Почему в ней ничего не бывает так, как хочешь? Почему Феникс не оставит меня в покое? Почему Хао не выходит из головы?

Она резко села.

На улицу хочется. И небо звёздное. Там холодно, и так безлюдно. Театр… Новый спектакль, новая жизнь. Ну да! Сколько раз ты говорила это себе, но ничего не выходит. Ни-че-го.

Офелия упала на кровать, уткнулась лицом в подушку и перестала дышать, пытаясь не позволить слезам вырваться наружу. И вскоре заснула… С громыхающей музыкой и разбитым сердцем. На улице снова начался дождь.

====== «Игра, сигареты и чай без конфет» ======

День восьмой. Суббота. 20 сентября.

– Нет, ну я вас почти ненавижу… — устало выдала Пилика, глядя в свой дневник.

– А кто говорил, что могло быть и хуже? – спросила Анна.

– А кто-то говорил?! Точно не я.

– Да ладно тебе, исправишь, — Йо похлопал Пилику по плечу.

– С ним исправишь, конечно… Я ничего не успеваю, — Пили всплеснула руками..

– А зачем ты согласилась на эти соревнования? – наставительно поинтересовалась Анна.

– Потому что дура.

– Ну-ну, не расстраивайся так. Ладно, я пошёл, пока, — Йо быстро поцеловал Анну и свернул с тротуара.

– Опять репетировать? – спросила Пили, провожая Йо взглядом.

– Да. Жду не дождусь следующей пятницы, после которой он наконец сможет уделять мне больше пяти минут в день.

– Пойдешь послушать?

– Ну конечно. И даже более того, ты тоже пойдешь.

– А где мы все поместимся-то?

– Йо у Микихисы возьмет машину.

– Но он же для команды возьмет. А ты согласишься ехать с Хао?

– А у меня нет выбора, — пожала плечами Анна.

– Кстати, — Пили нахмурила брови, — что за парень сегодня был?

– Какой? – удивленно спросила Анна.

– Ну этот, брюнет в цепях, который интересовался у тебя расписанием на завтра.

– А я тебе про него не рассказывала? – ещё больше удивилась Анна, — Он ещё в среду к нам пришёл.

– То есть?

– Ну то есть учиться с нами будет, — отмахнулась Анна, — по-моему Дориан. А может и не Дориан… — она нахмурилась, — ну д там точно есть.

– Мда, он… кхм. Забавный такой, — усмехнулась Пилика.

– О да, много курит, много пьет, и наверно частенько выражается.