Но кое-что всё же не дало завершить этот вечер идеально.

Когда пришло время уходить, Сора наведалась в уборную. Кейджи пока договаривал с гостями и вежливо отнекивался от недопитого коньяка, которого осталось ещё несколько бутылок, и их кому только не всучивали. По этой причине она не очень спешила и задержалась возле зеркала за перегородкой, когда в помещении раздались шаги. Это были те самые две девушки, и Кимура было хотела к ним выйти, но вопрос одной из них заставил задержаться на месте.

— Ну и как тебе Сора?

— Сора как Сора. Миленькая, — пожала плечами вторая. — А что?

— Да, в общем-то, ничего, мне тоже понравилась. Но как ты думаешь, долго она продержится с Широми? Он же молодой мужчина при должности — много поклонниц будет, — продолжила первая, этим же временем зависнув возле раковин и немного подправляя макияж.

Кимура по-прежнему не подавала виду, что она здесь, хотя, если это следовало сделать, то не позже, чем сейчас. Но она молчала и не двигалась, в то же время понимая, что разговор точно не для её ушей.

— Ясное дело. Но она приятный человек, и личико что надо, — продолжала держать оборону вторая.

— Личико-то да, — согласилась первая. — А вот фигура простая. В сексуальном плане немногим привлекательна — с такой сложно соблазнять кого-то.

Этот аргумент вторая отвергнуть не могла. Кому, как не этим светским львицам, были известны некие регламенты в такого рода вопросах.

После этого девушки быстро переключились на поверхностное обсуждение какой-то другой личности, а в скором времени ушли. Сора всё ещё стояла. Скептически рассматривала в зеркале своё отражение, крутилась боком, спиной, и теперь уже вовсе не из-за платья. Очень не хотелось сейчас заморачиваться, а главное — расстраиваться по пустякам, но было поздно. Кимура отметила, что ей действительно недостаёт форм, а из-за маленького роста она и вовсе выглядела семнадцатилетним подростком. Ну что за гены? Откуда? Её мать была не такой.

Возвращение домой прошло в грустной меланхолии. Сора задумалась над своей проблемой больше, чем когда-то размышляла над вопросами нравов или устройства Вселенной. У них с Кейджи не самая маленькая разница в возрасте — шесть лет. Может, из-за этого он долго не мог принять чувства и ответить на них? Может он вовсе видит в ней ребёнка, а фигура только способствует этому? Сора не хотела быть для него лишь предметом заботы, каким была для Джея.

Уже дома девушка попыталась отвлечься на чтение в надежде, что оно наведёт сон, но спать не хотелось. Чего, кстати, нельзя было сказать про Широми, который уже полу дремал и одним глазом смотрел новости. Атомные бомбы в захваченной ими АЭС были произведены ещё полмесяца назад и в то же время выпущены. Теперь мутантов на территории всех принадлежащих штабу секторов почти не было, но те, что выжили, продолжали активно плодиться.

Об этом и вещала тётенька с экрана. Брюнетка. Фигуристая. Молодая.

Поймав себя на этой паранойе, Кимура с раздражением захлопнула книжку. Её беспокоило собственное поведение, но в данный момент Сора предпочла ограничить внешние раздражители, нежели грызть зубами бетон своей души. Она уже привычно забралась на живот Кея, загораживая ему обзор, и улыбнулась.

— Чего ты там не видел? Этот выпуск показывали днём, — сказала она, упираясь ладошками в его грудь и прослеживая ими ровное биение сердца.

— Я половину пропустил, — Широми попытался открыть хоть часть обзора, но Сора придержала его голову.

— Не будь нудным! Ты знаешь, что зрительно информация усваивается лучше? Лучше прочитай новости, а не просмотри — точно не пропустишь и не забудешь, — произнесла девушка.

Она потянулась к тумбочке и взяла с неё снятый Пи-360, всучивая её брюнету.

— Не могу читать, иначе я засну, — сказал он, зевая и отводя руку.

— А от брюнетки ты, конечно же, не уснёшь, — буркнула Кимура, вызывая запоздалое «мм?», но повторять не стала.

Так же быстро она слезла, поспешно зарываясь под одеяло и отворачиваясь, чем несколько удивила Кейджи. Он привык, что если Сора на него забирается, то прямо так и засыпает. Парень ещё с минуту смотрел злополучные новости, а потом вырубил телик и приглушил свет. Когда же приобнял девушку, та сначала вздрогнула, а потом чуть-чуть отползла, что, несомненно, являлось признаком возникшей откуда-то обиды. Широми честно попытался припомнить, в чём он мог провиниться, но никаких факторов не было. Вздохнул.

— Ну и что случилось? — прямо спросил он.

— Ничего, — раздалось из-под одеяла.

Разумеется, парень в это не поверил.

— Да ну?

Попытался перевернуть Сору к себе лицом, но она упорно не поддавалась. Больше всего раздражало, что он, способный адекватно смотреть на себя и свои действия со стороны, сейчас не понимал причину обиды. Не желая оставлять недоговорённостей, Кейджи пошёл на радикальные меры и навис над Кимурой, физически не давая ей возможности выбраться.