Первое нашествие стало своеобразной завязкой. Ситуация плавно накалялась, становилось всё хуже. Второе сражение произошло ночью, и в этот раз сбежавшихся на запах пролитой крови мутантов было ещё больше. А она продолжала проливаться в геометрической прогрессии — под покровом ночи было сложно воевать. Мутанты фактически преодолели лагерь и почти подошли к зданию АЭС. Возникла неорганизованность, а самое плохое — дезертиры. Согласно уставу, командир имел полное право пристрелить их на месте, однако Широми этого делать не пришлось — главы отдельных отрядов и непосредственные начальники испугавшихся сами от них избавились.

Ночное сражение закончилось уже под утро, и его результаты были плачевными. Военные нуждались в отдыхе и обработке ран, но времени на это было отведено немного.

Ближе к полудню началась кульминация. Спец отряды уже не пытались сдерживать мутантов в радиусе километра — все отступили к лагерю и вели сражение там. Пришлось изменить тактику и разделить взводы по причине того, что мутанты наступали с разных сторон. Кейджи решился использовать мощную бомбу, когда было сообщено об ещё одной своре монстров. К сожалению, с остальными так же нельзя было поступить, поскольку в радиусе поражения были люди. Несколько подразделений пришлось послать к холму, откуда шло два кузнечика. Перестрелка казалась бесконечной. Только когда наступил вечер, когда добрая треть людей была убита, а в округе стоял тошнотворный концентрированный запах крови, команда специалистов сообщила, что АЭС разбетонирована.

Немедленно передав это в Штаб, Широми запросил подмогу, а действующим отрядам было приказано уходить. Это получилось сделать только с прибытием новых военных, наспех собрав палатки, оружие и всё остальное. Отстреливаться доводилось даже часть обратного пути — их преследовали. Миссия в целом завершилась успехом, и это единственное, что могло радовать после такого. Всё теперь хорошо, осталось доложить о подробностях и написать рапорт. Однако…

— Кейджи Широми, как прикажите расценивать приказ об уничтожении кузнечиков бомбами в момент наличия там нескольких подразделений? Вы не получали разрешения на открытие «дружественного огня», — уже в офисе, когда брюнет отчитывался перед генералом, с таким известием в помещение зашёл один из стратегов.

— Простите, что? — не понял парень.

Мужчина подошёл к здешнему компьютеру и вывел на экран фотографию того самого холма. По всем признакам там действительно недавно использовались бомбы: земля была буквально вывернута на изнанку. Двое мёртвых кузнечиков и трупы людей.

— Как это понимать? — генерал перевёл хмурый взгляд с экрана на Кейджи.

— Это сделало девятое подразделение, как они утверждают, по непосредственному приказу командира, — продолжил докладывать стратег.

— Я не отдавал такой приказ. Подразделения были направлены к холму около четырёх часов дня, больше они со мной не связывались, — начав понимать, что назревает что-то нехорошее, как есть рассказал Широми.

Допустим, ему поверили, только вот было одно но: никаких доказательств его словам не было, в то время как рядовые исполнявшего приказ подразделения не рискнули бы просто так врать. Сама возможность того, что они перепутали командира с кем-то другим, видя его в лицо, тоже исключалась. Но да, генерал поверил брюнету. Он сам предположил, что это могло быть подстроено каким-нибудь злоумышленником в момент неразберихи, однако появилось второе «но».

— К сожалению, командир, вам всё равно придётся понести ответственность. Чтобы люди не взбунтовались, они должны в случае смертей близких получить удовлетворительный исход — наказание крайнего. Мы попытаемся найти настоящего виновника, но если его не окажется, судить будут вас, — сообщил Альберт. — Пока же вам придётся подождать в камере.

Касаемо Кея. Ещё до слов генерала он понял, что это подстава. Кто-то отдал такой безумный приказ, каким-то образом притворившись им. Зачем и с какой целью пока думать не довелось, равно как и вопрос, кто это мог быть, оставался открытым. Пока Широми пытался сообразить, что ему делать.

— Пожалуйста, позвольте мне самому найти виновного. Или предположить, вы сами его проверите, — попросил он.

— Если у вас есть подозреваемый, скажите сейчас, — проговорил генерал.

Парень вновь задумался, с безумной скоростью анализируя ситуацию. Если этот человек хотел сорвать миссию для достижения какой-то своей цели, Кейджи не мог предположить, кто это мог быть — возможно, просто съехавший с катушек преступник. Но также возможно, что это им являлся его личный враг. Припоминая недавние события, брюнет назвал Аргуса. Генерал счёл этот вариант возможным и приказал проверить его алиби на момент четырёх часов, однако оно нашлось. Камера в одном из торговых центров его засекла. Фактически, быть сразу в двух местах невозможно, потому вариант с Аргусом отпал. Широми стал перечислять других возможных врагов, но и у них находились доказательства непричастия.

— Ничего не поделаешь, — вздохнул генерал. — Пройдёмте на последний этаж.

И в этот момент Кей рванул к двери. Инстинкт — просто какая-то безумная, настойчивая мысль, совершенно точно давала понять, что сейчас надо рвать когти, даже если это заклеймит его как преступника. Это умозаключение не было основано на логике — чистого рода интуиция. Именно она твердила, что если сейчас Кейджи окажется взаперти, случится что-то непоправимое. Просто потому, что если сам себе не поможешь, никто не поможет. По лестнице он слетел на первый этаж, расталкивая всех и вся на пути, но не успел ещё покинуть здание, как обзавёлся погоней. Вооружённой.