– Тшш. – Припять протягивает костлявую руку к его лицу и холодными пальцами стирает слезу с его щеки. – Не плачь. Ты не умрёшь.

– Н-не умру? – переспрашивает он. Он уже ничего не понимает. Она не собирается его убивать? Но что она тогда намерена с ним делать?

– С тобой всё будет хорошо, – заверяет девушка почти ласково. – А вот насчёт твоих приятелей я не уверена.

– Что это значит? – С трудом держащий себя в руках Паша сжимает пальцы в кулаки. – Мы выполнили твоё условие – прибор и человек.

– Что касается человека, это была проверка, – ровным голосом сообщает Припять, – и вы её не прошли.

– Ну охуеть теперь, – выдыхает Лёха.

– А я говорила… – начинает было Настя, но почему-то замолкает, так и не закончив фразу.

– Так что, мы все умрём? – В самый напряжённый момент к Паше возвращается привычная невозмутимость.

– Непременно, – отвечает Припять. – Но не сейчас и не от моей руки.

Бледные пальцы обвивают запястье Игоря и тянут вверх. Подчиняясь им, парень кое-как встаёт с колен. Он решает беспрекословно слушаться: может, если не злить это жуткое существо, оно в самом деле не отнимет у него жизнь. Впрочем, кто знает, не приготовило ли оно для него что-нибудь похуже, чем смерть.

Игорю так страшно, как не было даже тогда, когда за ним гнался взбесившийся пёс. Игорь старается не думать о том, что его ждёт.

Припять сжимает пальцы сильнее. Неожиданно обстановка меняется. Парень ошалело оглядывается по сторонам. Ещё секунду назад он находился в бункере в окружении людей, отдавших его в руки чудовища, а теперь они с чудовищем вдвоём стоят посреди большой комнаты, явно покидавшейся давно и в спешке: по полу разбросаны покрытые слоем пыли вещи. Игорь не успевает их рассмотреть.

Девушка подводит его к дивану. Затем она разжимает пальцы и говорит:

– Сядь.

Он садится и вздрагивает от скрипа, который издаёт диван, слегка прогнувшийся под его весом.

– З-зачем я тебе? – срывается с языка вопрос. Он жалеет, что заговорил, когда его не спрашивали. Но девушка, к его удивлению, реагирует на это совершенно спокойно.

– Не оставлять же тебя этим трусливым животным, – отвечает она. – Ты, конечно, тоже молодец, но ты хотя бы не готов пожертвовать одним из товарищей ради собственного спасения.

– Откуда ты знаешь, что я не готов?..

– Я много чего знаю, – говорит Припять. – Больше, чем хотелось бы. Скоро ты тоже будешь видеть людей насквозь.

В этот момент Игорь, и без того бледный, приобретает цвет мела.

– Пожалуйста, не надо…

Вместо ответа Припять кладёт руку на его взмокший горячий лоб, после чего происходит что-то странное.

Игорь чувствует, как от головы по телу начинает разливаться мягкое, успокаивающее тепло. С каждым мгновением тепло становится всё ощутимее, однако оно не превращается в жар. Игорь понимает, что это не к добру, но, так долго испытывавший только страх, боль и отчаяние, оказывается неспособен сопротивляться необыкновенно приятному ощущению. Всё, что ему удаётся – это выдавить из себя тихое:

– Что это?

– Исцеление, – отвечает черноглазая.

Но я не болен, думает парень. Я не болен. Не болен…

– Я… я не хочу, – произносит он заплетающимся языком.

– Не бойся. Я не причиню тебе зла.

Через пару минут его глаза закатываются. Худое тело, перестав дрожать, обмякает. Припять убирает ладонь с головы Игоря. Она склоняется над ним и легко касается губами его лба.

В этот миг её глаза перестают быть чёрными.

Игорь не знает, как долго он пробыл без сознания. Он смутно помнит, что с ним произошло. Он помнит, как бежал от чего-то. Помнит, как стоял на коленях перед группой ненавидящих его людей и как какая-то девушка помогла ему подняться. Она забрала его оттуда в другое место – тихое и безопасное. Он помнит тепло, в котором растворилась его боль.

Когда он открывает глаза, солнечный свет, проникающий в комнату сквозь грязное окно, заставляет его сощуриться.

– Проснулся? – раздаётся сбоку женский голос.

Игорь поворачивает голову и видит девушку, сидящую на другой половине дивана. Он знает её: это та самая девушка, которая пришла, когда было страшно, и спасла его. Что-то в её внешности изменилось. Он никак не может понять, что именно.

– Где мы? – спрашивает он.

– Дома, – отвечает девушка. – Что ты помнишь?

– Страх. Какое-то помещение без окон. Людей…

– Что ты помнишь о людях?

– Они хотели сделать со мной что-то плохое.

– А если я скажу, что что-то плохое скоро случится с ними?

При этих словах сердце Игоря болезненно сжимается. Перед глазами встаёт размытая картина: он видит людей, хотевших навредить ему – в их глазах отражается ужас. Они о чём-то переговариваются, прячась за углом от свистящих в воздухе пуль.

– Надо помочь им, – говорит он.

– Но они не оценят этого, – замечает девушка.