— …поэтому я решил посоветоваться с тобой, — донеслись до меня слова Морика. — Пусть он поживёт, или нам его убрать по-тихому, пока этот сплетник не растрепал слишком много?

Лорин уже отставил пустую тарелку и внимательно слушал своего товарища. Что-то внутри меня переклинило, и я начала подниматься на ноги. От жуткого напряжения голова слегка закружилась, но я облокотилась на косяк. Лицо стянуло от высохших слёз, глаза пекло, а губы были сухими. Я их нервно облизала. Усач проследил взглядом за моими телодвижениями, хотя Лорин вёл себя так, будто они были в кухне одни. Во истину игнорирование — самое лучшее моральное насилие. Меня переполняла обида, печаль и негодование. Делает вид, что ничего мне не говорил… как всегда.

 — Нас по-разному воспитывали, — мой голос оказался сиплым. — Не людей и ликанов, а тебя и меня. Мне не нужна абы какая жизнь, лишь бы набить брюхо и сидеть в тепле. Думаешь, я не понимаю того, что мне долго не протянуть в одиночку? Ты так уверен, что я мечтаю о принцах и о беззаботной жизни? Ты глубоко ошибаешься… впрочем, как и всегда.

Я закусила губу с внутренней стороны, болью перебивая свою печаль. Как же мне надоело плакать. Я действительно слаба.

Осторожно подняла метлу и совок. Хоть мне это и осточертело, но делать нечего, убираться придётся. Можно было бы устроить подобие забастовки, но что это даст мне? Я не устала, поэтому отдохнуть не получится, а вот сойти с ума от безделья — пожалуйста. К тому же я привыкла к этому дому с таким чудовищным хозяином.

— О, я знаю, о чём ты мечтаешь, — вдруг заговорил Лорин, не поворачиваясь ко мне. — Свобода. Носиться от дерева к дереву и не иметь никаких обязанностей — это, разумеется, самая лучшая мечта.

Вот тут я остановилась. Теперь он ещё и насмехается надо мной. В его голосе так и сквозила издёвка.

Я почему-то развернулась и впилась ненавистным взглядом в белобрысый затылок.

 — Свобода — это когда твоя жизнь не принадлежит избалованному ребёнку, — произнесла я тихо, и Лорин мгновенно встал.

Стул со скрипом отъехал назад. От этого неприятного звука я поморщилась. Когда увидела злое лицо мужчины, разумеется, тело сковал страх, и я просто наблюдала за тем, как он приближается ко мне. Я просто ощущала всем телом его. Этот мужчина… он был тем, кого я… Эти странные чувства не описать. Однозначно — это был страх, но на этом не всё. Похоже чем-то на изумление с нотками восхищения. Да-да, идиотизм, но я не могла найти внятного описания своих эмоций. Лорин был красивым, эти зелёные глаза с длинными чёрными ресницами, лёгкая щетина, правильные черты лица и необычного цвета волосы, которые сейчас были распущены и лежали на плечах. Небрежно застёгнутая серая рубаха на несколько пуговиц и запах. Порой я его не ощущала, таким неуловимым он был, а иногда… я чувствовала запах мокрой земли и какой-то травы.

Вы видели когда-нибудь зверя? Не белку или утку, а именно опасное животное? Например, волка. Вот он стоит и скалит свои зубы, предупреждая тебя. Тебе страшно, но в то же время ты заворожена его красотой и грацией. Лоснящийся мех, всегда прелестная окраска, поза хозяина и мощь. Власть — это гнилая трясина, но если не касаться её, а лишь наблюдать, то она всегда поворачивается другой стороной. Великолепной и манящей. Так и сейчас. Страх вцепился в моё сердце когтями, но я завороженно наблюдала за тем, как Лорин приближается ко мне, и его сильная рука смыкается на моей шее, пригвождая меня к косяку. И лишь нехватка кислорода разбила витавшее в кухне волшебство.

 — Называя меня ребёнком, ты лишь ухудшаешь наши отношения, — проникновенно выдал он.

Его рука не сдавливала горло, она просто держала меня, но мне всё равно казалось, будто меня душат. Это было в голове, знаю, но перебороть себя было трудно.

 — Ты сам просил меня говорить правду, — произнесла я.

Лорин наклонился ко мне ещё ближе, и я тут же отвернула голову, не желая даже смотреть на него.

 — Очень интересно наблюдать, как ты веришь в свою покорность, — ликан даже усмехнулся, обдавая мою щёку жаром. — Выбирая, когда слушаться меня, а когда нет, ты поступаешь, как… ребёнок. Так что в этом доме нас двое.

Я понимала, о чём он говорит. Смешно, но у нас все разговоры сводятся к сексу. Неужели это и есть тот оплот, за который мне нужно держаться?

 — Ещё интереснее смотреть, как ты пытаешься сохранить своё высокое положение, — не удержалась от колкости я.

 — Богдана, помолчи, — словно ощутив накалившуюся обстановку, вклинился Морик, — Лорин, нам нужно договорить.

Усач пытался отвлечь Лорина, видимо, от моего убийства, поскольку рука на моей шее сжалась чуть сильнее. Рефлекторно уголки моих губ подёрнулись, поскольку я поняла, что задела эту статую за живое. Маленькая, но всё же радость.

====== 24 глава ======

— Вы, женщины, так любите совать нос туда, куда не следует, — услышала я злой голос у самого уха.

Мурашки побежали по всему телу, меня словно пронзил мороз.

 — Я хоть и девушка, но когда дело касается власти…, — я замолчала, вспомнив своего отца, — Таких самоуверенных, как ты убивают всегда самые близкие. Ты силён, храбр, посмотри, держишь в страхе такую могущественную тётку, как я. Но при всём при этом, ты слеп. Видишь далеко, а то, что творится у тебя под носом — не замечаешь. И попомни мои слова, ты узнаешь не об одном предателе…