В темноте, когда мы оба шептались, и тут… бум! Громкий смех вынудил меня дёрнуться. Я ведь не ожидала! Сижу теперь, глазами хлопаю. Опасаюсь.

 — Почему не хочу? — осмыслила я претензию. — Хочу, просто… друзья ведь не… ведут себя так, как мы.

Руки он от меня не убирал и видимо не собирался. Я у него ещё и на коленках сидела, повёрнутая корпусом. Захотелось сесть на более ровную поверхность и немного остыть, но мне почему-то казалось, что ему это не понравится, не зря ведь посадил.

 — Поэтому я и отказывался, — легко ответил Лорин. — Но тебе ведь так сложно отказать…

Последнее слово он протянул слегка издевательски, и в то же мгновенье его правая рука спустилась ниже и уверенно сжала мою ягодицу. Я выпучила глаза, и рот сам собой приоткрылся от возмущения. Да что он творит?!

 — Лорин, перестань, — тут же найдя в себе силы, заворчала я, убирая его руку. — И почему же ты согласился, позволь спросить?

Мне начинало всё это не нравиться. Пора слезать с колен и тикать, покуда этот переменчивый экземпляр опять не передумал.

 — А вот знаешь, — вновь начал он как-то весело. — Я просто подумал, что друзья ведь должны поддерживать друг друга в трудную минуту, подставлять плечо и так далее…

 — Я тебя поддерживаю, — решила я сказать. — Но только мы делаем немного не то, что должны.

Та самая наглая конечность перетекла с талии на поясницу и прижалась к коже. Сильно, я бы даже сказала, поскольку я прямо-таки поехала… к Лорину. Он меня подтягивает, что ли?! Зачем? Ногам стало неудобно, и я завозилась, протестуя.

 — Дай руку, — вдруг произнёс мужчина.

Я почти сразу же протянул свою конечность… просто вперёд. Он её ухватил и положил куда-то…

 — Чувствуешь? — надавливая сильнее, поинтересовался Лорин. — Я не могу ясно мыслить, пока всё так… неровно.

Рука была внизу, на чём-то… вот, вроде бы попадалась уже на эту удочку, но в темноте не разобрала сразу. Опять он за своё! Идиот! Попыталась отдёрнуть руку, но Лорин словно этого и ждал: сильно стиснул моё запястье, прижимая к своему паху.

 — Лорин, не смей! — зашипела я, понимая, что мне теперь не то, что с колен не встать, а просто не пошевелиться. — Ты же не будешь снова…

 — А что такое?! — вдруг возмутился он мне прямо в лицо, и от неожиданности я зажмурилась. — Это твоих рук… губ дело! У меня ведь не просто так встаёт.

Зря он это сказал. Я поморщилась и начала хныкать. Без слёз, просто от чистой досады. Не хочу! Опять он начинает! Ещё и грубо так говорит! Я не привыкла, так не должно быть!

 — Ты первый начал! — начала я паниковать. — Зачем на колени к себе посадил?! Я и на стуле бы посидела!

Второй рукой пыталась освободить первую. Лорин схватил и её. Замечательно! Снова Это…

 — А ну цыц! — тут же грозно произнёс ликан, и я в тот же миг стихла, лишь обиженно поджатые губы и опущенная голова могли свидетельствовать о степени моей печали.

Я сидела и ждала своей участи. Чего ж ему неймётся-то никак?! Он только этим местом и думает! Как живёт?! Планы строит, дерётся, убивает сородичей. Надо же соображать! А тут, что ни проявление доброты, то подлая ловушка!

 — Друзья, как тебе должно быть известно, моя дорогая, приходят друг другу на помощь в трудные моменты, — начал вещать серьёзно мужчина. — В данный момент я вляпался в этот трудный момент. Ты — моя подруга, так?

Я сидела и сопела, как на смерть обиженный ребёнок, у которого просто-напросто отобрали годовой запас сладостей. Даже ругаться не хочет со мной. Кажется, ему просто нечего сказать в своё оправдание, поэтому он и пользуется силой. Слишком умно.

 — Так, я спрашиваю? — чуть громче задал он мне вопрос.

 — Да, — буркнула я, горбясь.

 — Помочь ты мне должна, так? — продолжил он словно выпытывать из меня слова.

 — Так, — вновь отозвалась я.

Он замолчал, я тоже разговор поддерживать не собиралась. То добрый, как телёночек новорождённый, то злой, как медведица, у которой отобрали медвежонка. Он просто даже не пытается найти золотую середину! Я даже забыла, что мы целовались. Так приятно было… а потом он всё испортил. Почему он так делает? Почему всё портит? Что с ним не так?

Рука Лорина оказалась у меня на затылке неожиданно, и я резко вздохнула, пытаясь сохранить самообладание. Пальцы зарылись в волосы, и он… сжал их в кулак. Я тут же будто онемела. Было не больно, но кожа натянулась, и я вздрогнула, испугавшись.

 — Расслабься, — заговорил он, удерживая меня на месте. — Я не сделаю ничего плохого.

Ага, легко сказать! Но худшее было впереди. Пусть он, что угодно говорит, ведь делает это существо совершенно противоположные вещи! Я была почему-то уверена, что ликан начнёт притягивать меня к себе, но нет. Он оторвался от спинки кресла сам и наши носы соприкоснулись. Мгновенно зажмурилась. Хоть бы ничего не произошло, хоть бы-хоть бы!