— Богдана, — напомнил он о себе, наконец успокоившись.

Я всё поняла. Привстала и начала облизывать уже свою руку. Сдалась я ему. Хотя согласна, зачем ему кто-то, когда есть я? Никому ничего не расскажу, не пожалуюсь, делай со мной, что пожелаешь. Такой соблазн…

Разглядывая свою обслюнявленную руку, не верила, что докатилась до такого. Когда кажется, что дальше некуда, вдруг случается нечто, меняющее моё мнение в корне! Будет стабильность или нет?!

 — Дальше что? — уныло спросила я, не желая поднимать глаза на мужчину. Дышит мне в затылок, я ведь с боку примостилась. Смотрю теперь на его живот и грудь. Вот не поверите, но глаза так и норовят глянуть, что же там внизу! Ну, просто столько разговоров вокруг этого! Мужики Этим думают, женщины говорят об Этом. В общем, вся жизнь крутится около этой части тела. Меня из-за этого унижали и ругали! Даже угрожали! И угрожают сейчас! Мне вот просто непонятно: почему?! Что такого-то?! Ну, делают они детей этой штукой, и? Да, продолжение рода, но это совершенно не означает, что нужно возводить Это в культ!

 — Не строй из себя святую невинность, — поглаживая мою спину, фыркнул ликан. — Сама знаешь, что делать, и давай не тяни, иначе я начну всё делать сам, а там и до…

 — Поняла, — кивнула я, не желая слушать его озабоченные мысли.

Сглотнув, потянулась правой рукой к паху. Ну, не найти его было тяжеловато. Он… ну, стоял, что ли? Я его тыльной стороной ладони почувствовала и сразу же, чтобы потом не передумать, обхватила рукой и слегка сжала. Лорин отреагировал резким вздохом. Как же ему это видимо нравится…

Стараясь не думать о том, что я делаю, начала водить рукой вверх-вниз. Ну, ощущения странные! Твёрдый, но кожа нежная, а я ещё и со слюнявой рукой к нему полезла, так что скользило всё хорошо. Какие-то бугорки чувствуются. Что это? Нет, не буду смотреть. Страшно как-то. Я на ощупь… опустила руку вниз и ребро ладони коснулось… волос. О, у него там волосы! «У тебя тоже, ты чего паникуешь?!» — возмутилась реалистка внутри меня. Так, хорошо. Всё нормально. Ну, волосы и волосы. У всех они есть. Повела сжатую ладонь вверх. Такое чувство будто у этой штуковины есть… защитная кожа, что ли? Тоненькая, и… я чувствую, как она иногда ездит вместе с моей рукой туда-сюда. Необычно.

 — Сильнее, — просипел мужчина.

Я сжала руку, как он попросил. Ему не больно? Я ведь давлю и так не слабо. Ещё и тру постоянно. А вдруг ему нравится боль? Нет-нет, это глупо.

Если бы всё так было мирно, то я бы удивилась. Оказалось, что сидеть смирно мы не можем. Накрутив мою косу себе на руку, он притянул мою голову к себе, а второй повернул моё лицо к нему, и его губы с силой вонзились в мои. Было больно, мы ещё и зубами стукнулись. Я тут же поморщилась.

 — Больно, Лорин, — прохныкала я, жмурясь и пытаясь увернуться.

 — Целуй меня сама, — выдохнул он мне в губы, давая мне немного свободы. — В шею.

И он, не дав мне опомниться, дёрнул косу в бок, вынуждая меня повернуть голову туда, куда нужно. Вторая рука просто придавила меня к его груди. Ну точно куклу тряпичную таскает! А я при всём при этом ещё и гениталии его натирала! Неудобно — это мягко сказано! И никакой помощи! Будто это мне надо!

И как целовать? Я не умею вообще-то! Но делать нечего, начала легко касаться его шеи губами. Старалась вывернуться так, чтобы рука не затекала и нога не болела, поэтому приходилось искать нужную позу, а Лорин только мешался! Ему ведь руки-то деть некуда! Всю меня облапал уже! До груди не добрался, ибо я к нему ею же и прижалась, а вот всё остальное… подверглось детальному… ощупыванию! И задышал так порывисто, будто мы с ним вперёд лошади бежим. В который раз удивляюсь, что мужики — это странные существа.

И вот он чуть угомонился и одну руку устроил у меня на затылке, а вторую положил… поверх моей. О, мы теперь вместе его ублажаем. Замечательно! Он был сильнее меня и к своему «другу» относился жёстче, нежели я. Начал сильно его дёргать и сжимать.

 — Вот так… — зашептал он, убирая свою руку.

О. Он мне показал, как надо? Я почему-то поняла и постаралась быть такой же сильной и… целеустремлённой. Почти сразу же спальню наполнили его тихие, но нарастающие стоны. Я была крайне шокирована, поэтому уткнулась ему в шею носом и боялась лишний раз двигаться. И звучал он странно. Жалобно как-то. А в конце стон обрывается хрипотой и по новой. Даже голову запрокинул. Вот только разжал бы он моё предплечье, за которое уцепился, и всё было бы более-менее сносно. А так было больно, он ведь стискивал его и шею тоже мою сжимал.

 — Лорин, легче, — всё же не выдержала я и подала голос. — Мне больно.

Плакать не собиралась, а вот морщиться это да. Ну, сильный он! Прям стискивает меня! Ещё и кровать эта новая, непривычно… Мужчина не реагировал долго. Потом как-то напряжённо сместил руку с предплечья на спину и начал сдавливать уже её, но там было не за что ухватиться, поэтому боли и не было.

 — Ты не целуешь… — просипел он вдруг, по-прежнему запрокинув голову.

Я мгновенно вытянула губы и начала елозить ими, как умела. Это не по-нормальному целоваться, тут талант нужен.

 — Язык… — забормотал этот неугомонный. — Где язык?..

Ощущала, как его тело дрожит, как дёргается и изгибается. Ещё и в ухо мне прямо стонет. Я тут в шоке уже давно, а он ещё и капризничает! Не нравится, видите ли, как целую! А ничего, что я тут аморальные вещи руками делаю?! Это не считается?!

Но делать нечего, высунула язык и начала осторожно им водить вверх-вниз. Жалобнее вздоха я, наверное, от него не слышала. Даже удивилась. Ему нравится. Действительно это нравится? Так порочно… Не удивлена, конечно, но не я должна быть причиной тому. Я ведь ничего не умею, делаю абы как, лишь бы отцепились, а ему в удовольствие. Вон как извивается. Ну, а эти стоны?! Да я в жизни такого не слышала! Если бы не видела, то подумала бы, что это женщина. Ну, правда. Мужчины ведь не стонут. Ну, я так думаю. Они же вроде сдержанные такие, все серьёзные и грозные. Нам позволено, а им вроде не положено… разве нет?