— Хорошо, давай, — он даже кивнул. — Скажи, о чём я думаю, и я признаю, что ты наблюдательнее меня.

О, как. Он готов рискнуть? Сам Лорин признает меня в чём-то лучше себя?! Да, я многое готова отдать за это! Чтобы этот эгоист и признал мою правоту?! Честно признаться, азарт так и зашевелился в пятой точке. Почему нет? Я никуда не тороплюсь, он вроде тоже. Риск оправдан.

Внимательно присмотрелась к его лицу. Вроде бы спокойное, но взгляд слегка прищурен. Он весь в ожидании. Ха, в глазах вижу себя. Тоже азартен… знаете, мы так никогда не сидели и не «мерились» интеллектом. Кто кого? Наверное, мы нашли что-то общее. Любопытство — вот, что нас объединяет. Не такие уж мы и разные.

Лорин сидел, откинувшись на спинку, а я наоборот пододвинулась поближе к столу и руки сложила друг на друга, чтобы не мешались. Начала разглядывать Лорина. Так, так, так. О чём думает? Это довольно серьёзная задача, поскольку этот странный тип может думать о чём угодно…

 — Давай я буду предполагать, а ты отвечать, и я решу, правду ли ты говоришь или нет? — вдруг предложила я. — А то я так буду долго думать.

Ликан вдруг изогнул бровь. Так… элегантно. Мои губы тут же тронула мягкая улыбка.

 — А что? Не по зубам я тебе?

Гад… моя улыбка стала шире. Я знаю, как его поддеть. Ему не нравится быть… неидеальным. Он же альфа-самец, а это вроде как эталон мужской силы и красоты. На это и надавлю.

 — Староват для меня, — спокойно сказала я.

Секунда, другая… улыбка его не гасла, а вот взгляд. Предостерегающе-выжидательный. Изменился. Руки он держал ладонями вниз, и я краем глаза заметила, как его указательный палец дёрнулся. О, да это его больное место, что ли?

 — Лорин, ты крайне болезненно воспринимаешь критику в свой адрес, — сделала я вывод, усмехаясь. — Вот я только не пойму, у тебя это временное расстройство или ты такой давно?

Он молчал. На лице не дрогнул ни один мускул. А вот таращиться мне в глаза перестал. Начал блуждать по моему лицу. Смотреть в одну точку утомительно, да?

 — И ситуация со мной только подтверждает мои слова, — продолжила я идти по опасному пути. — Я тебе отказала и тебя это задело. Потом снова и снова. Теперь у тебя в голове словно пунктик появился. И ты ведь добился своего, понимаешь? Два раза, причём я даже была самостоятельной… какое-то время. Почему-то я была уверена, что ты угомонишься, ведь конец игры наступил, и пора бы всем расходиться по своим углам…

Я тут подумала и решила, что можно поднять этот серьёзнейший вопрос. А почему нет? Он сам дал добро… знал, на что подписывался, разве нет? Да и поговорить-то надо.

 — Это всё, что ты хотела сказать? — поинтересовался мужчина вроде как обыденным голосом.

Прикинул в голове.

 — Самое главное я сказала, — кивнула я и почему-то тоже положила руки на стол ладонями вниз. — Твоя очередь.

Я была готова. К его язвительности, к жестокости. Наверное, сейчас меня ничто не проймёт. Просто настроение не то, чтобы обижаться.

Тот повторил за мной и подсел к столу поближе, подперев щёку одной рукой, а его взгляд впился в мои глаза с пущей силой. Давай, просвети меня…

 — Ты была остроумна и хитра, когда жила у Прохора, — начал он, и я усмехнулась своей проницательности. — Это не скрыть, хотя ты справлялась неплохо до поры до времени. Выставляла себя дурочкой с бзиком на «чистоте» своего тела, и я верил. Просто не думал, что ты можешь так долго прикидываться. Да и неинтересно мне было, что в твоей голове происходит, поэтому и не обращал внимания на твою любовь к книгам. Когда я покупал тебя, то мне было… ну, не всё равно, конечно, но близко к равнодушию к тебе и твоему отцу. Я приехал за долгом, путь был долгим, к тому же я ехал не из дома, а из другого города, поэтому устал здорово, и тут мне пытаются втюхать тебя. Видя твоего отца, его ребёнка я мог представить… поэтому отказался, как ты слышала сама, а вот когда увидел тебя, то понял, что ты видимо в мать пошла. Милая, до невероятности гордая и неприступная ледяная гора, которая смотрела на меня со смесью любопытства и ужаса. Стало интересно. Зачем мне золото, когда я мог приобрести прелестную юную девушку, которая отработала бы своё существование за пару лет? Разумеется, я согласился. А потом уже выяснилось, что ты не та, кого я ожидал купить. Подумывал обломать тебя и так же спокойно жить дальше, имея возможность приобрести какое-то постоянство в твоём лице, но всё вышло не так. Ты у меня оказалась нетронутой девочкой, которая действительно бдит свою честь и гордость. Я поначалу не был рад. Подумал, что с тобой что-то не так, вы ведь, люди, так много болеете, что я и предположил… но нет. Опять промах с моей стороны. Красивая, молодая девушка, не имевшая ещё половых партнёров — это редкость не только в твоём мире, но и в моём. Я сам ни разу никого не лишал девственности и даже предположить не могу, как это, но мне почему-то кажется, что для меня это удовольствие ещё то, а вот для тебя… неприятно — это тот минимум, который я могу установить. И я вот сижу, смотрю на тебя и не трахаю только потому, что ты любишь работать головой, тебе нравится думать, нравится находить разные загадки и отгадывать их… Я видел, как ты нарочно не дочитываешь книгу до конца и потом несколько дней ходишь сама не своя, видимо пытаясь сообразить, чем же закончится твоя полюбившаяся история. Мне не хочется рушить то, чего мы достигли с тобой с таким трудом. И я терплю тебя почти поэтому же. Мне действительно интересно, что ты делаешь и как работает твоя голова. Если бы не обстоятельства, я уверен, что из тебя бы вышла восхитительная альфа, но это не так. Ты не ликан, и это твоё спасение и поражение одновременно. Ты на границе, всегда на острие кинжала, ходишь как в последний раз, и эта твоя не долгосрочность завораживает. Ну как, я хоть немного развеял тот туман, который поселился в нашем доме?

Знаете, я не обиделась. И печали не было. Он говорил тихо и вкрадчиво, усмехался, конечно, часто, и в глазах его то и дело проскальзывала жалость, но я знала то, что разрушило бы его снежную стеночку, которой он вновь попытался отгородиться от меня. Это напускное, правда поданное не так. Умён, пытается пробить и меня. Зуб за зуб… придётся ему напомнить.

 — Знаешь, почему ты всё ещё не изнасиловал меня? — легко произнесла я.

Тот был удивлён тем фактом, что я вообще заговорила. Думал, расплачусь? Думал, я этого не знаю? Ничего нового я не узнала. Лишь подтвердились опасения.

 — Почему? — он даже голову на бок склонил, давая понять, что уже относится к моим словам предвзято.

Готовься, мелочь, что он сделает — это загадка, которую я разгадать не в силах, но отгадка уже близко…

 — Потому, что я спасла тебя, — просто выдала я. — Вытащила из когтистых лап смерти, таскалась с тобой, как с тем, кто мне дорог. Была бы здесь церковь — я бы поставила за тебя свечу, чтобы ты быстрее поправлялся, продала бы душу Дьяволу, лишь бы ты встал на ноги…

 — Хватит, — вдруг перебил он меня, дёрнув головой. — Поигрались и достаточно, иди к себе.