— Как вам будет угодно, мсьё Кет. Пара дружеских советов, если позволите. По крайней мере до конца октября не попадайтесь на глаза местной охране и федеральной полиции… и, если вам снова понадобится восстановить попранную честь, постарайтесь держаться в рамках закона. Это последний раз, когда я берусь вас вытаскивать.

Он развернулся и направился к выходу. Гедимин ошалело переглянулся с Хольгером, с трудом вернул на лицо каменную маску и окликнул человека.

— Фюльбер! Подожди немного.

— Что такое? — неохотно повернулся к нему «менеджер по персоналу».

— Я хочу показать чертежи инженерам. Тем, у кого есть опыт, — сказал сармат, наблюдая, как глаза Фюльбера медленно расширяются. — С кем я могу связаться?

— Очень своевременно, — пробормотал человек, задумчиво глядя на Гедимина. — И очень по-вашему. Подождите января, мсьё главный инженер. Я постараюсь подобрать вам компанию.

Фюльбер вышел. Кенен, выглянувший на шум, всплеснул руками и выразительно поднял взгляд к потолку.

— Боюсь даже предполагать, сколько в год требуют инженеры с материка, если вытаскивать из такой задницы тебя — проще и дешевле!

Хольгер тронул Гедимина за плечо.

— Мартышка права. Тебе нельзя высовываться. Мы можем устроить холодную купальню на территории завода. Иджес показывал мне подходящее место. Можно пойти туда сейчас.

— Я мылся, — буркнул ремонтник. — И я не дурак. Купания могут подождать до ноября.

«Надеюсь, Линкен не наследил. Маловероятно, что Фюльбер станет его вытаскивать,» — думал сармат, неторопливо поднимаясь по лестнице в информаторий. «Жаль, что завтра у охраны пересменка. До четвёртой макаки я добраться не успею…»

Тяжёлый тягач осторожно маневрировал на подъёме, заталкивая в ворота цеха прицеп, доверху заполненный длинными блоками, покрытыми жёстким белым фрилом. На каждом из них стояла маркировка «Вестингауза» — крупная тёмно-синяя буква «W». Прицеп медленно въехал в ворота и остановился на разгрузочном пункте, помощь Гедимина уже не требовалась, и он отошёл от тягача и встал на узкой лестнице сбоку от въездного пандуса. Территория завода была ярко освещена; для сарматов, работающих круглые сутки, цвет неба и высота солнца над горизонтом не имели значения, и Гедимин даже слегка удивился, увидев черноту над головой. До конца ночной смены оставался ещё час, до рассвета — не менее трёх.

Оттуда, где стоял сармат, был хорошо виден пропускной пункт завода и охранники в броне «Вестингауза», неподвижно стоящие у ворот. Сквозь раздвинутые створки виднелся небольшой участок главной улицы. Над ним медленно проплыл большой дрон-наблюдатель. Остановившись напротив ворот, он посветил прожектором во двор завода. Из-за стены, догоняя дрон, вышли трое охранников в тёмно-синих экзоскелетах — один тяжёлый «Шерман» шёл за двумя лёгкими «козами», и все они старались не терять из виду дрон. Поравнявшись с воротами завода, трое прибавили шагу. Дрон, поводив лучом прожектора, поднялся выше и, перелетев улицу, скрылся в переулке между бараками.

— Эй, теск! — луч фонаря почти дотянулся до крыльца, где стоял Гедимин, но погас в свете ярких прожекторов над воротами цеха. — Чего встал?! Иди работать!

… - Да, ходят по трое, — подтвердил с кривой ухмылкой Линкен, пришедший сменить Гедимина на посту. Всё было в порядке, пересменка прошла гладко, и главный инженер мог спокойно уйти, но он задержался — как обычно в это время, минут на пять-семь. С тех пор, как ему запретили выходить с территории завода, у него было много свободных часов и мало интересных занятий.

— Они боятся, — хмыкнул Гедимин, вспомнив торопливый шаг «броненосцев». — Хорошо. Ещё лучше будет, когда они уйдут.

— Подожди до января, — сказала Лилит, занимая место в диспетчерском кресле. — Ничего нового от Фюльбера? Долго ещё он собирается держать тебя под арестом?

— Октябрь на исходе, — пожал плечами главный инженер. — Охрана давно сменилась. Я не знаю, чего он опасается.

Хольгер нетерпеливо посмотрел на часы и тронул Гедимина за плечо.

— Пойдём, атомщик. Твоя смена давно закончилась.

…Иджес и Мика ждали сарматов в коридоре; оба переоделись в личные комбинезоны и глядели бодро — непохоже было, что кто-то из них собирается спать.

— Вы отдыхали? — спросил Гедимин, глядя на механиков с подозрением.

— Много времени уходит на ерунду, — махнул рукой Иджес. — Мы выспались, не бойся. Ну что, устроим северянскую купальню?

Гедимин покачал головой. Иджес порывался захватить душевую и нагреть её до температуры кипения практически каждый день, и раз в неделю ему это удавалось, но последний «перегрев» был вчера, и сегодня следовало ожидать, что комендант будет наготове, и в очень скверном настроении.