Как быть? Вот правда — не знаю. Бегать всю жизнь от представителей спецслужб? Так бывает только в кино. Я простой человек, ну, почти простой. Рано или поздно, но меня прижмут в угол. Попробовать договориться можно, но что из этого выйдет? Блин. Блин. БЛИН! День так хорошо начинался!

Решено. Сейчас я выйду из шифта, подниму руки вверх, и попробую поговорить. Время рвануло вперед, и события понеслись вскачь.

— Ай, — подпрыгнула на скамейке Ульяна, — меня что-то укусило! Док, посмотри.

Мелкая повернулась спиной, и моё сердце пропустило пару ударов. В шее у девочки торчал крохотный дротик, уже пустой.

— Док, мне что-то нехорошо, голова кружится, — пролепетала пошатывающаяся Ульянка.

Я успел подхватить падающую малышку: глаза у нее затуманились, а веки потихоньку закрывались.

— Док, — тихо сказала она напоследок и потеряла сознание. Маленькая головушка бессильно поникла, ручки, которые держались за меня в поисках помощи, расслабились и упали.

— Алиса, — позвал я старшую, однако ответа не последовало.

Алиса спала. Из шеи у нее торчал точно такой же снаряд. Шляпка слетела с головы, и янтарные волосы рассыпались по обнаженным плечам. Уложив Ульянку на скамейку возле подруги, я изо всех сил боролся с подступающей яростью и страхом.

Уроды! Они офигели, по девочкам транквилизатором стрелять?! Они же кушали только что, а если асфиксия?! Тело трясло, за спиной нарастал гул, тот самый — предвестник ударной волны. Скорее, но наитию, чем подчиняясь какой-либо логике, я резко отпрыгнул вправо — мимо меня пронесся ещё один шприц, дернулся влево — ещё один. Из леса, уже не особо таясь, выходили вооруженные люди. Все, как один, держали меня на мушке. Вот только чего они ждут? Девочек бросать нельзя!

— Шифт, — и ничего. От страха я не мог сконцентрироваться, и ускорение дало осечку.

Внезапно спину резануло болью, и, нащупав руками инородный элемент, я выдернул его из себя. Дротик. Моё внимание просто отвлекали, в спину выстрел, как подло, наверняка… издалека… Мысли начали путаться, в голове зашумело, ноги — словно ватные. Всё кружится, я почувствовал, как падаю, боли не было, только глубокий-глубокий колодец, ведущий в темноту.

Солдаты окружали только что упавшего человека, стараясь двигаться быстрее: всё же общественное место, надо избежать лишних свидетелей.

— Ты видел, как он увернулся? — спросил один их них.

— Да уж, хорошо что хоть подстраховались, — и человек в форме помахал куда-то вдаль, где на дереве сидел снайпер.

— Поторапливайтесь! Пакуйте всех троих, и валим! Мы тут по своей инициативе, и если начальство узнает про наш произвол… то лучше нам принести в зубах артефакт.

— Авантюра, чистой воды авантюра, — шептал единственный невооруженный в отряде, вместо оружия или транквилизатора державший измеритель аномалий.

— Авантюра или нет, — отмел все возражения капитан отряда, — но если ждать, можно упустить добычу, пока наверху решат как быть, мы принесем им артефакт на блюдечке и получим свои премиальные.

— Гражданских уже обыскали?

— Да, — отчеканил один из бойцов, тот, кто обыскивал Дока, — у здоровяка — ничего.

— У мелкой тоже, — сказал другой, — только пара сверчков в карманах.

Ещё один солдат обыскивал Алису, и при этом откровенно лапал беспомощную девушку.

— Отставить, солдат! Это непрофессионально, — раздраженно сказал командир, — нашел чем заняться.

— Да ладно, босс, когда ещё такой шанс будет, ха!

— Я сказал, отставить! — рявкнул глава на зарвавшегося бойца. — Ничего, — резюмировал командир спустя минуту, — значить, не артефакт, а…

— Аномалия! Кто-то из них!

— И я знаю, кто, — все обернулись на голос застывшего с прибором человека.

А на измерителе, направленном в сторону Дока, уже мигали цифры: 98, мгновение — и уже 99… 100%! Воздух вокруг стал тяжелым; свет дня постепенно мерк; люди, все, кто был на холме, начали слышать тихий, вкрадчивый шёпот. В мыслях у каждого, кроме двух беспомощно спящих девочек, слышалось шипение, пробуждающее самые затаенные кошмары, все глубинные страхи, даже самые потаенные. Солдаты, все как один, почувствовали необъяснимое желание бежать, бежать не оглядываясь, словно над каждым завис неотвратимо приближающийся клинок.

— Какого хрена! Он же без сознания! — командир наставил оружие на Дока, но тело лежащего на земле человека уже постепенно затягивал туман, черный туман, поглотивший его и распространяющийся вокруг из его тени.

Словно порыв ветра, туман мгновенно разросся, поглотив собой весь холм; приборы отключились, даже телефоны и рации мгновенно погасли. Звуки затихли, а видимость сократилась до нескольких метров.

— Командир! Что нам делать? — голоса солдат раздавались словно издалека, хоть отряд и стоял вплотную друг к другу.