Твердотопливная двигательная установка системы аварийного спасения (ДУ САС) устанавливалась в верхней части возвращаемого аппарата и казалась шпилем в верхней части снаряжённой ТКС ракеты.

Первый ТКС № 16101 был запущен 17 июля 1977 года под названием «Космос-929». Через месяц орбитального полёта от него отделился и совершил мягкую посадку возвращаемый аппарат. Автономный полёт ФГБ продолжался до 3 февраля 1978 года.

В 1978 году решением правительства были прекращены работы по пилотируемому комплексу «Алмаз». В то время на заводе им. Хруничева в состоянии полуготовности находились четыре ТКС. Естественно, что сотрудники Филиала № 1 старались найти решение, которое позволило бы продолжить лётно-конструкторские испытания этих уникальных кораблей.

«Так как стыковка ТКС с ОПС “Алмаз” уже была невозможна, у конструкторов ОКБ в Филях возникла идея попробовать выполнить стыковку ТКС с ДОС. ДОС № 6 в это время уже находился на орбите, а ДОС № 7 в производстве на заводе им. Хруничева. Хотя стыковочные агрегаты у них были разные — у каждой фирмы был свой, радиотехническая система стыковки “Игла” была установлена на обоих объектах и обеспечивала совместимость и работоспособность. Необходимо было обеспечить только механическую совместимость стыковочных агрегатов, — вспоминал один из конструкторов ТКС Э.Т. Радченко. — Конструкторское решение было найдено. Была разработана конструкция переходных элементов (переходного приёмного конуса и переходной герметичной проставки с силовыми замками), дополняющих стыковочный агрегат разработки ЦКБЭМ и обеспечивающих в совокупности выполнение всех необходимых требований (проведение точной сцепки, прочное и жёсткое соединение объектов, герметичный переход между изделиями, гидро- и электросвязь). Все предложенные решения были согласованы с конструкторами-разработчиками стыковочного агрегата в ЦКБЭМ и полностью реализованы на ДОС-6.

Так как ДОС № 6 находился уже на орбите, на него был доставлен и установлен экипажем вкладной переходной конус. Это позволило выполнить сцепку и стягивание объектов (без образования герметического перехода), что и было осуществлено при стыковке следующего ТКС № 16301 (“Космос-1267”) 19 июня 1981 года. НаДОС-7 на заводе им. Хруничева был установлен уже полный комплект переходных элементов стыковочного узла, что обеспечило надёжную стыковку с ним ТКС № 16401 (“Космос-1443”) с возможностью перехода экипажа внутрь ТКС.

В.Н. Челомей единственный раз присутствовал в ЦУПе ЦНИИМАШ на стыковке ТКС № 16301 с ДОС-6 19 июня 1981 года.

Накануне, 18 июня, через В.К. Карраска группа специалистов Филиала № 1 была вызвана к Челомею. В Реутов мы прибыли вечером, и Челомей принял нас около семи. Настроение наше соответствовало концу рабочей недели — была пятница. Думали, что расскажем В.Н. Челомею о предстоящей стыковке ТКС с ДОС, ответим на вопросы и сразу уедем, тем более что завтра утром всем нам нужно было быть в ЦУПе ЦНИИМАШа.

Однако Челомей быстро привёл нас в рабочее состояние, резко повысив наш потенциал. Он спросил: где сейчас находится ТКС? В какой точке? Кто же это знает сиюминутно: ведь за полтора часа он совершает полный оборот вокруг Земли. Комаров начал было что-то вычислять, но Челомей с грустью сказал, что мы ничего не знаем. Мы были обескуражены, посрамлены и горели желанием реабилитироваться. Владимир Николаевич повел нас к А.С. Графенбергеру, который оперировал собственным КИЦем (мини-ЦУПом) с экраном, где траектория ТКС отражалась посредством перемещающейся светящейся точки.

После этого мы рассказали Челомею обо всех аспектах и деталях предстоявшей стыковки, о работе стыковочного агрегата. Он немедленно дал нам задание сделать плакат с траекторией сближения объектов, с указанием временных меток, с указанием дальности замеров системы “Игла” и времени начала работы отдельных механизмов стыковочного узла. Время было уже около восьми, но мы были уже в рабочем режиме и быстро сделали набросок. Челомею не всё понравилось, он сказал, что всё должно быть понятно с одного взгляда на плакат. После внесения поправок, оформления плаката у художников мы показали его Челомею и около 11 вечера разъехались по домам.

В.Н. Челомей появился на балконе старого ЦУПа где-то за 15 минут до стыковки. Позади этого балкона имелась комната, где обычно собиралась Госкомиссия, руководство министерства, директора предприятий. Челомей туда не заходил, по-видимому не считал нужным. В ЦНИИМАШе его никто не встречал. Он внимательно наблюдал за процессом сближения ТКС с ДОС-6, вопросов не задавал, информации по громкой связи и менявшейся картинке на экране было достаточно.

Только в конце стыковки, после стягивания объектов, он переспросил о её окончании. Я объяснил, что наш стыковочный агрегат пневматический (в отличие от электромеханического конструкции ЦКБЭМ) и делает это очень быстро, тем более без замков. Он, вероятно, ориентировался на продолжительность ранее выполнявшихся стыковок кораблей “Союз” и ОПС “Алмаз”. После этого он молча пожал мне руку и удалился.

Так закончилась для него единственная прижизненная демонстрация востребованности и живучести ТКС — одной из составных частей ОПК “Алмаз” — комплекса, рождённого во многом благодаря творческим усилиям и энергии этого человека.

Для меня же начинался долгий путь по использованию ТКС и его модификаций в различных космических программах: ДОС “Салют”, ОПК “Мир”, модуль “Заря” российского сегмента МКС. Благодаря своим уникальным проектным и техническим характеристикам ТКС, разработанный конструкторами Филиала № 1 ЦКБМ, оказался очень живучим и полезным, сослужившим большую службу в освоении космоса».