– Сейчас все узнаем. Звягинцев уже идет сюда, – ответил Петр Семенович.

Действительно, буквально через минуту в дверь постучали.

– Разрешите? – на пороге стоял, как всегда подтянутый и свежий, капитан Звягинцев, и генерал в очередной раз позавидовал его хрустящей свежести.

– Заходи, Ваня, заходи, – по-хозяйски пригласил капитана Петр Семенович.

Капитан держал в руке бумаги и нерешительно смотрел на начальников, раздумывая, кому следует их отдать. Владлен Иванович понял чувства капитана и протянул руку за документами.

– Давайте, капитан, не тушуйтесь, – улыбнулся он Звягинцеву.

– Я могу быть свободен? – спросил капитан, обращаясь к хозяину кабинета, после того как положил бумаги на стол.

– Да-да, иди, Ваня, к себе. Я потом тебя вызову, – ответил за Владлена Ивановича генерал.

Капитан вышел.

– Какой он у тебя бравый! – то ли одобрительно, то ли иронично произнес хозяин кабинета.

– И исполнитель – каких поискать, я без него как без рук.

– Ладно, давай читай ты, – и Владлен Иванович придвинул листки генералу.

Петр Семенович надел очки и углубился в чтение.

– Сообщает, что план у него сложился, для его выполнения привлек одного местного торговца, – наконец произнес он.

– Он что, раскрылся?

– Бог с тобой, Владлен Иванович. Кто? Толмач? Да он скорее тебя убедит, что он провизор из соседней аптеки. Привлек временно для наблюдения.

– Что за план у него?

– Подробностей нет… Просит отслеживать передвижения спутникового телефона Хемптона и обо всех изменениях немедленно сообщать… Номер прилагается. Все-таки придется пойти на поклон Плисецку. Это они смогут сделать?

– Смогут, смогут, куда они денутся. Но как ему сообщать, связь-то односторонняя?

– Прислал номер своего сотового, наглеет Толмач. Значит, дело к концу идет.

– Дальше?

– Дальше некуда, сейчас он вербует Элеонор Хемптон, она в данный момент в Басре. Хочет этим самым спасти ей жизнь, да и нам она не лишняя будет. Хемптон использует племянницу втемную. – Генерал снял очки и с улыбкой глядел на Владлена Ивановича.

– Да знаю, чем он ее вербует, – с улыбкой махнул рукой Владлен Иванович. – Спасатель.

– Ладно, Владлен, ты просто завидуешь. Сам-то, наверное, давно никого не вербовал, а?

– Ну, все, проехали. Давай, что там еще?

– Так, дальше. Что у нас дальше? Точное время операции до сих пор неизвестно, но обещает сообщить еще сегодня.

– Вот даже как!

– Да, вот так! Скорее всего, после вербовки: племянница наверняка знает, что и когда. Хемптон, Бенсон и шейх Хамид сейчас на яхте в порту Басры, но это понятно.

– Все? – спросил Владлен Иванович.

– Да. Это пока все, – ответил генерал, бросая прочитанные листки на стол.

– Итак, наши действия. Немедленно отправить в Басру журналистов, наших журналистов. Немедленно. Спецрейсом. Утром они должны быть уже в порту и готовы к действию. Это необходимо при любом исходе событий. Подробности журналистам не сообщать, сами докопаются. Это первое. Второе. Толмач может вербовать кого хочет и сколько хочет, лишь бы сорвать планы Хемптона. Плисецк… но это я беру на себя. Да, о Круглове ничего нет?

– Нет, об этом ничего нового. Вероятно, по-прежнему в плену у имама.

– Ладно. Ну что, ждем дальнейших новостей?

Не успел Владлен Иванович закончить фразу, как телефон генерала, лежащий на столе, задвигался, включился вибровызов.

– Слушаю! – произнес Петр Семенович, – Да ты что…. Конечно, интересует… Правильно решил… Неси, ждем.

– Ну, что там опять? – обеспокоенно спросил Владлен Иванович.

– Звягинцев звонил, сейчас принесет очень интересный репортаж канала NBC с Арлингтонского кладбища, – сказал генерал.

– Что за репортаж?

– Похороны четы Хемптонов, родителей Элеонор, погибли в автомобильной катастрофе, – ответил генерал.

– Когда погибли? Почему мы ничего не знали?

– Сейчас все узнаем. Я об этом сам первый раз слышу, – сказал Петр Семенович.

Наконец появился капитан Звягинцев с кассетой в руках. Владлен Иванович схватил кассету и сунул ее в магнитофон.

– Да где же он, господи! Никогда не овладею я этой техникой! Твою мать! – ругался Владлен Иванович, тыкая кнопки пульта.

Экран засветился. Репортаж был совсем короткий. На экране появилась панорама Арлингтонского мемориального кладбища в Вашингтоне, одна из камер скользнула по памятнику Неизвестному Солдату, затем план сменился, и на экране возникла картина завершающихся похорон.