Я отчетливо понимал всё больше охватывающий НПС ужас и трепет. Трудно не вздрагивать от замогильных голосов в сплошной стене тумана. Несмотря на мою репутацию с неписями, они с надеждой в глазах смотрели на меня, ища поддержку.

– Всё будет нормально. Я уже бывал на подобном острове, - соврал я.
– Держите ухо востро и тогда с нами ничего не приключится.

Неписей мои слова подбодрили совсем немного, но большего эффекта я и не ожидал. Оратором я был никудышным, да еще репутация порезана.

Корабль все дальше шел в туман. По коже пробежали мурашки. Не знаю, как Утопия это сделала, но я ощутил десятки глаз, рассматривающих меня. Это были не просто заинтересованные взгляды, а изучающие взгляды хищников, готовящихся напасть на жертву.

Туман стал еще более плотным: на расстоянии вытянутой руки ничего не было видно, словно я муха, попавшая в стакан с молоком. Голоса, доносящиеся из тумана, стали еще выше и пронзительнее. Мы приближались к их источнику.

– Мужики, вы здесь?
– произнес я в туман. Они начали откликаться.
– Филя иди на звук моего голоса.

Через пару ударов сердца, парень оказался рядом. Я бросил ему группу. Она начала разрастаться. Вроде все на месте.

По внутренним ощущениям мы уже должны подойти к острову. Я напряженно замер, ожидая удара судна о дно и скрип дерева, но дождался совсем другого. Звуки за долю секунды переросли в высокие чистые женские голоса, складывающиеся в какую-то заунывную песню, которая, казалось, доносилась отовсюду.

Я закричал быстрее, чем успел сообразить:

– Сирены! Заткните уши! Сирены! Уши!

Я быстро достал из сумки шкурку животного, разорвал ее и напихал в уши обрывки кожи и меха. Пение стало едва слышно - этого хватило, чтобы дебафф не подчинил меня.

Сирены - это полурыбы-полуженщины, которые благодаря своему божественному голосу очаровывают моряков, заставляют их прыгать за борт и вести корабль на скалы, мели и т.д.

Судно начало закладывать поворот. Твою мать, квартирмейстер! Я побежал в сторону штурвала, но в кого-то врезался, отлетел, ударившись об остатки фальшборта, и сполз на палубу. По руке торопливо пробежала жирная толстая крыса и скрылась в тумане, махнув голым хвостом. Очень плохой признак, очень.

Рядом раздался душераздирающий человеческий крик, на лицо брызнуло чем-то горячим. Я подскочил на пятой точке, судорожно провел рукой по коже и посмотрел на то, что осталось на ней. Кровь! Твою мать, что происходит? Сирены начали резать моряков?

Быстро вскочил на ноги и приготовился воевать. Сердце бешено колотилось о ребра. Опасность может прийти со всех сторон, но внимательней всего надо следить за ногами. Сирены не могут ходить, но вот ползают весьма ловко, не каждая змея с ними сравнится.

Я со страхом таращился в туман, а криков становилось всё больше. Вдруг корабль во что-то врезался, раздался треск ломающегося дерева. Судно резко остановилось. Я не устоял на ногах и снова кубарем покатился по палубе. В голове пронеслась мысль, что мы добрались до острова. Воевать сразу расхотелось, тем более что туман лишил меня главного оружия - перемещения: я не мог ни телепортироваться, ни портануться. Оставалось только бежать, бросая команду на произвол судьбы, но их уже вряд ли можно спасти, самому бы выжить.

Я принял вертикальное положение и помчался на нос корабля. В каких-то сантиметрах разминулся с сиреной неопределенного уровня, вырывающей недвижимо лежащему пирату сердце: последнее усилие и оно трепыхается в ее руке, по которой стекает густая алая кровь. Матрос расслабленно улыбался и бессмысленно глядел куда-то в туман, находясь под воздействием чар. Его грудь была разворочена: виднелись ребра, окровавленная плоть и органы.

Сирена возбужденно била рыбьим хвостом по палубе и плотоядно смотрела на сердце. Ее рот начал раскрываться наподобие змеиного. На юном красивом девичьем лице лежала печать какого-то хищного безумия. Во рту блеснули зубы-иголки. Вдруг ее взгляд перекинулся на меня.

– Я ничего не видел, ментам не стукану, - проговорил я заполошно и скакнул с корабля в воду.

Прыгать в неизвестность было страшно, но выбора не было. Секундный полет и ноги увязли в мокром песке. Воды было немного выше колена. Чуть ли не вприпрыжку начал двигаться вперед, высоко задирая ноги. Надеюсь, там остров, а не просто мель.

Позади, раздавались предсмертные крики. Даже, несмотря на то, что я успел забить уши разорванными частями шкурки, какофония звуков проникала сквозь них и подстегивала меня бежать прочь во весь дух.