Шеннон беседовали с Брэдли в баре на первом ярусе, у них, вроде, все было прекрасно, поэтому Джейн, решила потанцевать. Темный зал, громкая музыка, белые вспышки, как от софитов… Джейн с наслаждением прикрыла глаза, покачиваясь в такт известной песни. Сегодня, как и всегда, девушка с удовольствием отмечала взгляды мужчин на своем теле, хотя не делала никаких вызывающих жестов, просто двигалась под музыку, следуя ритму, наслаждаясь ощущениями. Кто-то обнял сзади, она резко развернулась, отстраняясь.

— Малыш, это я, — знакомый голос. Расслабилась, позволив любимым рукам обнять и притянуть к себе, — ты почему не предупредила, что приедешь? — прошептал Макс на ухо, качаясь вместе с девушкой в так музыке.

— А я сегодня ни к тебе, у меня была своя особая миссия, — игриво ответила девушка и, танцуя, потерлась попой и парня.

— Ага, я видел Шеннон с Бредли, — и продолжил другим тоном, нарочито громко, — наблюдаю, значит, я за танцующими, думаю, какая штучка трясет попкой, жаль, я уже не свободен… — Джейн в шутку ущипнула его. — Ай! Смотрю — а это моя! Пойдем? — он многозначительно посмотрел на лестницу.

— Не, нам через полчаса уже выезжать, итак поздно.

— Я отвезу.

— Да ну, мы такси возьмем.

— Пошли, — он настойчиво потянул наверх.

Через полчаса все четверо ехали по мосту, Бредли не смог так быстро отпустить понравившуюся девушку и вызвался провожать, а чуть растрепанная Джейн немного нервно хихикала, украдкой поглядывая на Макса.

***

Макс осторожно переставлял ноги по узкой кромке, широко расставив руки, пытаясь балансировать. Лицо сосредоточено, корпус и ноги напряжены, он не смотрел вниз, пока не готов, слишком рано. Неожиданно воздух пронзил женский крик, испуганно завизжала кошка, выдергивая Макса из его мыслей, он вздрогнул и пошатнулся, от страха бросило в жар, ладони вспотели, мужчина в панике задвигал руками, стараясь не завалиться на бок, не упасть. Случайно посмотрел вниз — зря, стало жутко, кровь прилила к лицу, паника сковала сердце и мозг, не позволяя отдавать команды телу, единственная мысль пульсировала — удержаться, любой ценой.

— Эй, мужик, ты что там делаешь? — закричал пьяный голос, еще сильнее заставляя волноваться. — Слезай немедленно, я полицию сейчас вызову, придурок!

Макс качнулся влево и упал, не смог поймать равновесие. Тщетно пытаясь перегруппироваться, чтобы хоть как-то смягчить удар, он попытался насладиться коротким падением, вспомнились прыжки с парашютом, на которые несколько лет назад тратил кучу времени и денег. Падение с бортика на крышу многоэтажки длилось недолго, секунду, может две. Ударился он тоже не сильно, высота огораживающего бордюра составляла от силы полметра, приземлился на бок, упираясь руками, практически, как и планировал. Схватился за голову, дрожащими руками вытирая пот с лица. Он почти упал… почти. Был так близок. Страх не позволял четко мыслить. Макс осторожно подошел к ограждению и с опаской посмотрел вниз, девять этажей, высоковато. Пьяный мужчина, грозившийся сдать Макса властям, видимо, давно забыл о самоубийце, развалился на лавочке, широко раскинув ноги.

Что он здесь делает? Макс потер глаза, дотронулся рукой до груди, словно, успокаивая спятившее сердце. С конкурса все еще не звонили, наверное, и не позвонят уже. Завтра состоится очередное прослушивание. Сотое? Тысячное? Ему обязательно нужно победить, обязательно! Сколько можно слушать отказы? Макс уселся на край крыши, спустил ноги в пропасть, чувствуя, как адреналин вновь разливается по жилам. Достал сотовый. На седьмом гудке трубку взяли, сонный голос еле слышно ответил:

— Да?

— Спишь, моя? — нежно спросил он, улыбаясь.

— Ага, — сладко протянула девушка, — а ты почему не спишь?

— Нервничаю перед прослушиванием, не могу.

— Ты же, — девушка зевнула и перевернулась на другой бок, — все равно не хочешь в эту группу.

— Да, просто… мне очень нужно победить.

— Макс, я и без конкурса знаю, что ты лучше всех на свете, ложись баиньки, хорошо? У тебя репетиция завтра в семь, — Макс посмотрел на часы — полпятого.

— Да, уже ложусь. Спасибо, родная.

— Ага, — пробормотала девушка, вновь засыпая.

Он убрал телефон в карман и еще с час просидел на крыше, дрожа от холода и ощущения возможности внезапной смерти. Не хотелось идти домой одному, было страшно, опять. Макс встряхнул головой — время поджимало, у него есть обязанности, на которые нельзя забивать, ему давно пора домой. Вскочил на ноги и стремительно пробежал по бортику от края до края крыши, спрыгнул и твердым шагом направился к двери, ведущей на лестничную площадку.

Следующие пару недель они вообще не виделись, Макс выкладывался на репетиции в хоре, жалуясь, что ему сложно даже разговаривать. Профессиональные преподаватели вытягивали его пока неразвитые способности наружу, заставляя делать то, на что парень ранее был просто неспособен. Макс увлекся, серьезно, он даже прервал свои репетиции с группой, чтобы больше времени уделять хору. До премьеры оставалось всего несколько дней, и все в семье Джейн, включая Макса, находились на взводе.