Элла вытащила из сумки мобильный телефон и набрала номер.

— Сандра? Это Элла, — сказала она в трубку. — Похоже, без твоей помощи все-таки не обойтись.

Пока они ждали подругу, спешившую на выручку с Эллиным утюгом, Чейз помог ей разобрать другую коробку, с посудой.

— У твоей мамы хороший вкус, — отметила Элла, разворачивая украшенную золотым узором тарелку из костяного фарфора.

— Да, вкус отменный, — кивнул Чейз. — Вот только с материнским инстинктом проблемы.

А как еще объяснить поступок женщины, которая, не оглянувшись, оставила своего ребенка? Сейчас Элла начнет извиняться за то, что затронула болезненную тему. Чейз редко рассказывал о матери, но, когда упоминал о ней, женщины всегда жалели его и просили прощения за неуместное любопытство. Но Элла выбрала другой путь.

— Полный отстой, — с чувством произнесла она.

От неожиданности Чейз рассмеялся:

— Да уж. Еще какой.

— У меня была очень хорошая мама. Считала, что воспитывать ребенка — ее призвание. А ведь могла бы сделать замечательную карьеру. У мамы было экономическое образование. Работала брокером, а потом встретила папу, и они поженились. Мама решила посвятить себя семье. Конечно, она могла себе это позволить, ведь папа был человек обеспеченный. И все равно, многие ее подруги, которые не работали, нанимали нянь.

— У меня тоже была няня, — прокомментировал Чейз.

— Мама говорила, что не хочет, чтобы ее дочь растил посторонний человек.

— Наверное, чудесная была женщина.

— Не то слово. — Элла склонила голову набок и вздохнула. — Я потом часто думала: надо же, как все обернулось. Чего мама не хотела допустить, то и случилось, — в доме появилась посторонняя женщина.

Рассудив, что Элла уже сто раз слышала ненужные соболезнования, Чейз решил немного разрядить обстановку и повторил ее фразу:

— Полный отстой.

— Полнейший. — С грустью в голосе Элла спросила: — Ты никогда не пытался представить, как бы сложилась твоя жизнь, если бы после смерти папы мама осталась с тобой?

— Пытался, конечно. Когда дядя Эллиот взял меня к себе, несколько месяцев по ночам не спал, прислушивался: не застучат ли каблуки по паркету в коридоре? Тогда я даже не сомневался, что мама вернется.

Чейз нервно сглотнул. Интересно, что в Элле такого особенного? Почему он с легкостью делится с этой девушкой секретами, которые скрывает от всех остальных?

— А ты? Тоже, наверное, представляла, какое бы у тебя было детство с мамой, а не с мачехой?

Элла кивнула.

— Сначала воображала, будто мама просто уехала отдыхать. А через год стала всем рассказывать, будто ее захватили в плен пираты. — Элла невесело рассмеялась. — Маме бы понравилось. В смысле, не в плен попасть, а то, что у меня хорошо развито воображение.

— Веселая у тебя была мама.

Судя по всему, это тот случай, когда яблочко от яблоньки недалеко упало. Элла кивнула:

— А когда папа снова начал встречаться с женщинами, пришлось спуститься с небес на землю.

— Ты, должно быть, очень похожа на маму.

— Спасибо. — Элла улыбнулась, и на щеках снова проступили задорные ямочки. — Конечно, с мамой у меня было бы совсем другое детство, но сама я осталась бы такой же. Мы с Сандрой сегодня об этом говорили. Я верна себе.

Чейз вынужден был согласиться. Они с Эллой знакомы совсем недавно, однако с первой встречи стало понятно: эта девушка из тех, у кого пресловутый стакан наполовину полон. Чейз вынул из коробки хрустальный бокал для вина. Интересно, он всегда считал свои стаканы полупустыми или превратился в пессимиста только после смерти отца и бегства матери?

Вдруг Элла ахнула, отвлекая Чейза от размышлений. Он оглянулся. Элла вертела в руках ложку и обеспокоенно хмурилась. Серебро настолько потемнело, что невозможно было разглядеть филигранный узор.

— Средства для полировки у тебя, наверное, тоже нет? — уточнила Элла.

— Есть, и полно. Рядом с утюгом лежит, — пошутил Чейз.

— Этого-то я и боялась.

Элла снова потянулась за мобильным телефоном. Через час консьерж доложил о прибытии Сандры. За это время Элла успела перемыть все тарелки, столовые приборы и бокалы, а также расчистила верх буфета, чтобы туда можно было поставить ведерко со льдом и все необходимое для приготовления модных коктейлей.

Переставив на буфет вазу и пару оловянных подсвечников, красовавшихся на столе, в дополнение к ним Элла принесла из гостиной пару безделушек. Казалось, они были прямо-таки созданы для того, чтобы красоваться на буфете.

Чейзу нравилось наблюдать, как работает Элла. Когда она напряженно обдумывала какую-то задачу, всегда закусывала нижнюю губу, и на щеках появлялись знакомые ямочки. Чейз давно уже скинул пиджак и закатал рукава рубашки, а Элла сбросила туфли на угрожающе высоких каблуках и сняла бирюзовый свитер крупной вязки, под которым обнаружился простой белый топик. Босиком, в одном топике и джинсовой мини-юбке, Элла не выглядела профессионалом высшего класса — во всяком случае, в понимании Чейза. Но результаты говорили сами за себя.