– Да, здорово ж ты замудрила ему голову, раз решился на такое, - проговорила Василиса, внимательно выслушав меня. – Знаешь ли ты, что общаться с миром людей могут только высшие демоны и их верные помощники, как Вельзевул? Чертям строго-настрого запрещено вмешиваться в жизнь людей. И не будь Федька до такой степени очарован тобой, сроду не решился бы на такое. Как вообще такое могло случиться? Черти, они же кроме своих чертих никого и не видят вокруг!

Вот уж о чем мне сейчас вообще не хотелось думать, так это есть ли правда в словах Василисы или нет. Гораздо важнее было другое – как спасти Федора.

– Где он?

– Я же сказала уже… Закован в цепи на нулевом уровне. Держат его там, как отъявленного преступника.

Нулевой уровень! За суматохой последних дней я совершенно о нем забыла, как и о своем желании непременно найти его, чтобы хоть что-то выяснить. Значит, сейчас сам бог велел заняться этим.

– Как туда попасть? – вцепилась я в Василису.

– Ишь, какая прыткая! А кто тебе сказал, что туда вообще есть вход?

– Как это?..

– А так это, - передразнила она. – Нет его здесь, нулевого уровня. Как и входа туда тоже нет. Он поистине необъятен и служит дневным прибежищем для всей нечисти, что обитает в царстве. Прячутся они там от самих себя, отсиживаются, пока снова не наступит ночь и опять они не смогут вздохнуть полной грудью. Нулевой уровень находится в сознании каждого, появляется тогда, когда в нем больше всего нуждаются, укрывает своих питомцев за толстыми стенами от всего… Это место считается страшнее самого ада. В его лабиринтах легко заблудиться. Случайно забредающих туда не существует, как ты уже догадалась.

– А вы там были? – с душевным трепетом спросила я, все еще не в силах осознать то, что только что услышала.

– А мне это зачем? Ведьмы и на поверхности чувствуют себя неплохо. А самое главное я еще не сказала – людям вход туда заказан. Категорически! Проникнешь туда, выбраться уже не сможешь.

Я задумалась, стараясь не замечать, как внимательно за мной наблюдает Василиса. И подумать мне было о чем. Словам ведьмы я поверила каждому. Даже не сомневалась, что рассказывает она мне все это не чтобы напугать впустую, а предупреждает об опасности. Никогда не считала себя храброй или способной на необдуманные поступки. А вот трусихой обзывала себя частенько, когда не могла решиться на что-то из-за боязни. Но то ли место это меня изменило, то ли я точно знала, что кроме меня никто больше не поможет Федору, но чем больше думала, тем сильнее склонялась к мысли, что за собственную жизнь или участь не страшусь совершенно. В конце концов, кроме неестественного существования, тут мне терять было больше нечего.

– Вы мне поможете попасть на нулевой уровень? – спросила я Василису в лоб.

– Не передумала, значит? – удовлетворенно кивнула она, словно раньше меня поняла о принятом мной решении. – Помнишь, что завтра ночью ты отправляешься со мной на шабаш? – уточнила она, а я поняла, что совершенно забыла о данном ей обещании. – Думаю, там у нас будет возможность отправить тебя в лабиринты нулевого уровня. Только… подумай еще… Окажешься там, будешь совсем одна. Помочь выбраться тебе уже не смогу. Время у тебя есть до следующей ночи.

Я лежала в постели без сна и вспоминала Федора. Как я у него впервые спросила про нулевой уровень.

 – А вот этого тебе знать не обязательно. Забудь. Просто, забудь. Ты меня поняла?

Так строго он тогда предупредил меня. И возможно, я бы так и не решилась снова заговорить с кем-нибудь об этом, если бы черт не попал в беду. Скорее всего, ничего у меня не выйдет. Я даже не была уверена, что смогу попасть туда. Но попробовать я была обязана. Кроме меня больше некому, по той простой причине, что тут каждый сам за себя, и до рядового черта никому нет дела.

А самое страшное было, что я даже примерно не представляла, что стану делать, если пробраться на нулевой уровень у меня все же получится. Даже если или когда найду Федора, как смогу освободить его, как мы будем выбираться оттуда?.. В голове были одни вопросы, сдабриваемые страхом, и ни единого ответа. С каждой минутой этой бесконечной ночи миссия моя казалась мне все более невыполнимой.

На следующий день мы с Лемехом отправились на невольничий рынок, как он и обещал.

Совсем, ну совершенно это место на пустой огромной площади не напоминало мне рынки, про которые читала в книгах или смотрела в кино. Скорее это было похоже на осеннюю овощную ярмарку, где обычно составляют в кучи мешки с картошкой, свеклой, луком… Рядом топчется торговец, преимущественно не русский, и покупатели у него интересуются, а хороший ли сорт картошки он им предлагает, много ли в ней глазков, быстро ли разваривается… Здесь роль мешков играли люди, а торговцев – черти. Ну и посетителей на ярмарке было не очень много. В основном деловито сновали горгульи, заставляя «мешки» подниматься с земли, выпрямляться, поворачиваться, расспрашивая о чем-то чертей.

– Почему этих людей сбывают с рук? – спросила я Лемеха.

– Их хозяевам они не нужны, вот и продают, - лаконично ответил он, что-то высматривая на расстоянии и не спеша приближаться к какой-либо из групп.

Я пригляделась повнимательнее. В основном продавались люди в возрасте. Конечно, совсем дряхлых я не заметила, но и молодых тоже не видела. Наверное, молодые хозяевам нужны, а вот те, что постарше, особенно женщины, кто не такие красивые с лица и не очень умелые, сбывались. Грустно становилось от подобных мыслей. Я уже не рада была, что затеяла все это, но Лемех уже направился к одной группе, и мне пришлось следовать за ним.

– Чья она? – указал он на девушку лет восемнадцати с русыми волосами, рябым лицом и испуганными голубыми глазами. Я-то ее и не заметила бы. Как курица на жердочке сидит, вся сжалась и даже голову втянула в плечи.

Здоровенный черт, вдвое мохнатее, чем Федор, назвал какое-то имя, которое я даже повторить бы не смогла, а потом спросил:

– Берешь?

– За что здесь? – снова деловито поинтересовался Лемех.

– Духов вызывать любит, - хохотнул черт. – Вот и решила однажды дьявола призвать.