— Ты знаешь эта ава парня?

— К кого? А… Краснова… Это вроде бы дружок Супруна. Так вы у него спросите…

— Без ти ибя разбиремся, а чем нам спрашивать! Так что ты слышал пра этава… пра Краснова!

— Да почти ничего! Леха рассказывал как то, что у него школьный приятель из армии вернулся!

— Краснов?

— Да.

— Кем служил? А афицер?

— Вроде на Кавказе… по контракту. Вроде бы не офицер… сержант или прапор.

— Еще что знаешь?

— А потом… это уже в понедельник было… или в всокресенье, не помню уже… Шульц рассказал, что в пятницу была драка на дискотеке. И что этот Краснов… он его Димон называет… что он чуть не в одиночку вломил физдилей целой своре черно… звер… Ну, короче, чужакам! Шульц очень его хвалил! Сказал, что Краснова надо принять в нашу компанию. Что надо помочь ему с работой! Потому что до хера всяких трепачей, гопоты и хиляков, а настоящих мужиков — единицы!

Тахир посмотрел на Ваху, который тоже присутствовал при допросе. На их лицах на короткое время появились кривые ухмылки — ну и горазды эти русские свиньи сочинять байки. Если бы не строгое указание Руслана Сайтиева, — не встревать в локальные стычки с местными бритоголовыми — от них бы уже давно и мокрого места не осталось!

Из другой комнаты, где на гвозде, вбитом в стену, висел пиджак Тахира, донеслось пиликанье телефона.

Ваха метнулся за мобильником, вернулся, передал трубку Сайтиеву.

Тахир сверился с экранчиком — звонит личный помощник дяди Руслана.

— Да, слушаю, — сказал он, перейдя на родной язык.

— Тахир, через два часа вы должны быть в городе. Приезжайте прямо в офис.

— Понял, через два часа буду.

— Значит так, Саид, — сказал Тахир, прежде чем покинуть бывшую молочную ферму, где прятали двух бритоголовых. — Меня вызывают по делу… Жаль, жаль… хотел лично поучаствовать! У тебя здесь найдется острый нож?

Саид ухмыльнулся — он уже понял, куда клонит кунак.

— Найдется, Тахир. Нож у меня острый, как бритва.

— Поручаю тебе казнить… Супруна! Он бы и так издох, конечно. Но я хочу, чтобы его — обезглавили! Он этого сполна заслужил.

— Твой приказ будет выполнен, Тахир.

— Останки вывезете отсюда ночью. Закопаете отдельно — туловище и голову — в разных местах! Знаешь в округе какое нибудь малолюдное место?

— Мы здесь уже вполне освоились.

— Надо сделать так, чтобы его н и к о г д а не нашли! Даже — по частям!

— Знаю такое место, Тахир. Все сделаю, как велишь. А с этим как поступим? — он кивнул в сторону экс боксера. — Может, и его… заодно?!

— Пусть еще поживет день другой. Если не расскажет ничего нового, ничего интересного для нас… казним и его.

Тахир решил сделать небольшой крюк, тем более, что у них в запасе имелся почти целый час времени. Он сказал Вахе, чтобы тот ехал на северную окраину, по знакомому уже им адресу — улица Вагонная.

Они уже почти были у цели, когда Ваха, обычно редко проявляющий инициативу в разговоре, сказал:

— Ты хочешь заехать к ней, Тахир?

— Нет. Но даже если и к ней, то это, дорогой Ваха — не твое дело.

— Среди русских, конечно, встречаются красивые девушки, но…

— Ваха, ты что — имам? А может, тебя зовут Руслан Сайтиев?

— Я просто хотел сказать, что эта девушка не знает своего счастья. Только это и более ничего.

Тахир — он сидел в кресле пассажира — криво усмехнулся.

Он и сам толком не понимал, почему так запал на эту русскую девушку. Да, она в его вкусе, да, ему нравятся именно такие молоденькие симпатичные девчонки, которым еще не исполнилось двадцати. Ему претит секс с первой встречной, ему не доставляют удовольствия и наслаждения легкие победы, когда — едва познакомившись — ты оказываешься с женщиной в постели. Ну а заниматься э т и м с проституткой, все равно что предавать и продавать самого себя: мужчина, вступающий в акт с шлюхой, спит не только с ней, но еще и с десятками, сотнями переспавших с этой «профессионалкой» клиентов…

Но и долгое ухаживание, долгая осада крепости тоже ему были не по нраву.

Две или три недели знакомства, цветы, телефонные звонки, поход в казино или в ночной клуб…

Подарки — как же без них.

Но не очень дорогие; как правило, это ювелирные безделушки ценой в тысячу полторы баксов, иногда дорогая косметика.

Он привык добиваться своего; он получал особенное удовольствие в тех случаях, когда девушка, на которую он запал, проявляет характер, когда она либо корчит из себя недотрогу, либо пытается превратить их отношения в легкий, ни к чему не обязывающий флирт…

У него имеется целая коллекция таких «трофеев». В Москве, где он до приезда в Воронеж не только занимался дядиными делами, но и жил на всю катушку, Сайтиев ни в чем себе не отказывал. И здесь, в Воронеже, у него тоже есть две три девушки, которым он мог позвонить в любое время, приятно скоротать вечерок, разрядиться…

Но вот эту девушку — Анну — он обихаживает с марта месяца. С того самого дня, как Шамиль познакомил их на одной из молодежных вечеринок в Москве. Тахир не торопил события, был с ней вежлив, обходителен, терпелив… Кажется, ни за кем он так долго не ухаживал, ни к кому еще так терпеливо не подбирал ключи, как к этой девушке.