"Интересно, сумела ли Лада уговорить Коннора вернуться?" - лишь подумала Селена, как на пороге гостевого кабинета встали Коннор и Колин. За их спинами промелькнула фигурка Лады, спешащей в дом.

– Мой блок не сработал?
– осведомился мальчишка-некромант, напрямую глядя на Вереска.

– На короткое время, - откликнулся Джарри.
– Ты сам как? Успел прийти в себя?

– Успел.

– Мальчик сделал тот последний блок?
– поразился Трисмегист, переводя вопрошающий взгляд с Вереска на Коннора.
– Но каким образом?

– Запомнил, как это делает дракон, - спокойно ответил мальчишка-некромант.

Колр усмехнулся.

– Сядьте, - велела Селена мальчишкам.
– У нас очередная проблема. Жизни и смерти Вереска. Итак...

Она пересказала услышанное своими словами, то и дело обращаясь вопросительными взглядами к мужчинам, всё ли правильно говорит. Те кивали.

– Вот так, - вздохнула Селена.
– Не знаю, хотела бы я оставить Вереска в Тёплой Норе, после того как он выказал свой норов. Но я готова отпустить его в храм некромагов - живым. И зная, что он выживет в этом мире. Ребята, ваши предложения?

Даже Трисмегист заинтересованно склонился со своего кресла в ожидании, что могу предложить мальчишки из братства. А те переглянулись и хмыкнули.

– Ну, первое, что приходит на ум, - это наша пентаграмма, - сказал Коннор.
– Разве что снизу укрепить её так, чтобы Вереск не сумел вызвать дикую магию. Или наоборот: чтобы она к нему не прорвалась.

Теперь хмыкнул и чёрный дракон.

– О пентаграмме знаю, но почему-то она не приш-шла на ум, - признался он.

– Что такое - ваша пентаграмма?
– потребовал объяснений Трисмегист.

Мирт и Хельми быстро объяснили, что в мансарде пять кроватей, которые так расположены, чтобы кровать шестого существа, нуждающегося в поддержке, оказалась в центре, внутри магически замкнутой пятиугольной фигуры.

– Мы снимали таким образом страхи, которых существо не помнило, но они могли проявиться, - сказал Мирт.
– И кошмары.

– Мы с-снимали напряжение, а иногда боль, - добавил Хельми.

– А иногда вылечивали тех, кто нуждался в этом, - робко сказал Колин.

Старый эльф взглянул было с недовольством на мальчишку-оборотня и вдруг чуть не вскинулся, а Селена с трудом спрятала торжествующую улыбку: что, не ожидал увидеть оборотня, сияющего сильным светом почти эльфийской магии? Привык к тому, что у оборотней едва-едва микроскопические способности к магии?.. И тут же сама с надеждой уставилась на Колина: если у него теперь такие силы, может, это ещё большая надежда на исцеление Вереска?

Вскоре мальчишки сидели вокруг стола со взрослыми и с подробностями рассказывали о "кроватной" пентаграмме и о тех, кто нашёл внутри этой пентаграммы своё спасение. А Мика ещё и рисовал на потрёпанных листах, выуженных из кармана штанов, как всё происходило. Селена осторожно встала. Всё. Теперь есть не только вопрос задачи без условий, но и появились сами условия. Почему-то ей казалось, что Трисмегисту этой зацепки хватит, чтобы сделать новое уравнение для решения проблемы.

Не прошло и минуты, после того как Селена закрыла за собой дверь в кабинет и ушла отдышаться в гостиную, как дверь в гостиную распахнулась, и первыми вошли Коннор и Трисмегист, склонившиеся над листом бумаги, остальные следовали за ними. Несколько шагов - и все начали подниматься по лестнице, наверное, в мансарду. Трисмегист явно желал собственными глазами увидеть придуманную мальчишками пентаграмму, составленную из кроватей.

Дождавшись, пока все исчезнут с глаз, Селена вскочила и побежала в гостевой кабинет. Дверь за собой она на этот раз закрыла неплотно, поэтому не удивилась, когда в кабинет робко заглянула Космея. Девочка-эльф застыла на пороге при виде старшего брата, подняла глаза на Селену.

– Что с ним?

– Ему заблокировали магию, - стараясь говорить бесстрастно, сказала Селена.
– Космея, боюсь, у твоего старшего брата проблема. Он не может жить в обычном мире. Только в том, где жил до сих пор. В подземном городе под Старым. Сейчас наши маги ищут возможность оставить его в этом мире, но слишком сильно надеяться на это...

Космея насторожённо, словно боясь пробудить Вереска, подошла к скамье и присела перед братом на корточки.

– Он спит?

– Без сознания.

– Как вы его нашли там?

– Он сам бросился к нам, когда мы собрались выходить из подземного города.

– Вот, значит, где он был все эти годы, - тихонько вздохнула Космея, гладя плечо брата, горестно сдвинув брови.
– Это случилось за четыре года до войны. В школе проходил отбор в храмы Старого города, проверяли способности. Тогда ещё был жив отец, и у него спросили разрешения взять Вереска в храм некромагов. Отец сказал, что ничего против не имеет. А Вереск тогда так обрадовался! Ему всегда нравились некромаги и некроманты с их обрядами. Вот только...
– Девочка-эльф прикусила губу.
– Вереск был очень своевольным. Он и до храма, совсем маленьким, несколько раз сбегал из дома. Всего полгода учёбы в храме - и он запросился назад, домой. Но отец к тому времени погиб, и брату разрешили навестить меня только после ритуала посвящения. Он приехал и выяснил, что всё.... Рушится. Бабушка тоже была плоха. Целители пытались что-то сделать, но наши книги и артефакты... Нас ограбили за месяц до смерти отца. Сил в семье не осталось. Вереск понял, что, если вернётся, ему придётся тащить на себе и нас. Нет, он не собирался бросать меня и бабушку, но ритуал стал...
– Космея усмехнулась, - хорошим предлогом видеть нас реже. А потом... Среди ночи к нам буквально ворвались некромаги и потребовали сказать, где Вереск. Они обыскали дом и не нашли его. Потом, где-то за несколько дней до войны, я сама поехала в храм - узнать, нет ли каких известий о брате. Бабушка умирала, и я надеялась...

Она всхлипнула, взяла брата за руку, словно стараясь успокоиться с его помощью.

– А потом, когда я похоронила её, пришли вампиры и сказали: если я уступлю им дом за бесценок, они не будут выбрасывать меня на улицу. Они дадут мне уголок в доме и работу, чтобы прокормиться. Я ещё раз съездила в храм, но, разговаривая с некромагами, вдруг испугалась. Я поняла, что они нацелились на меня... А потом была война.
– Космея вздохнула.
– Для меня её почти что не было. Она прошла мимо. Я постоянно работала на кухне и по дому. А вампиры были богатые... Но даже они не смогли возразить, когда из храма некромагов приехали за мной... Несколько месяцев в храме я жила спокойно - мне было всё равно. И вдруг однажды, ночью...
– Девочка-эльф слабо улыбнулась.
– Я почуяла, что меня зовут - сильно-сильно! Я почуяла родственную силу, такую притягательную, что плакать хотелось от счастья. И я... тоже сбежала. Я тогда не успела дойти - вы уехали. А во вторую ночь мне пришлось сидеть в подвале какого-то дома - меня закрыли, пока я там пряталась. И только на третью ночь я смогла выскочить из того подвала... Как я бежала... А всё равно поймали. Если бы не Коннор... Если бы не вы...