Магистр вскочил на ноги и девушка прянула назад. Когда чародей отнял руки от лица, стало ясно, что он не на шутку встревожен. Даже испуган.

– Нет, не совсем так, - сказал Сиред, приподнимясь с койки и поправляя изношенный валик, служивший ему подушкой, - а вернее - совсем не так. Хоть я и сам читал множество подобной ерунды во вполне серьёзных трудах. Зеркало не способно совершать чудеса, которые ему приписывают. Оно не делает владельца всемогущим или неуязвимым.

– Так что оно делает?
– нетерпеливо спросил Джабба, поглядывая в иллюминатор на блестящие шпили Зара, поднимающиеся над высокой стеной, опоясывающей город по суше и морю. До прибытия оставалось всего ничего, - И почему я так долго не мог поймать этого сукиного сына?

Старый картограф издал тихий стон и достал из-за пазухи плоскую коробку. Открыв табакерку, он вытряс на жёлтую ладонь немного серо-зелёного порошка и жадно втянул его ноздрями, не обращая внимание на присуствие гвардейца. Глаза Сиреда закатились и он запрокинул голову, обозначив на тонких губах едва заметную улыбку.

Джинсерхуа терпеливо ожидал окончание процедуры, зная, что пока доза наркотика не усвоится, продолжения разговора не последует. Глупейшая, в сущности, ситуация. За употребление пыльцы дерева Нам в Черзе полагалось публичное побитие плетьми, а тут он, служитель закона, вынужден делать вид, будто ничего не произошло.

На щеках Сиреда появились розовые пятна, а глаза живо блеснули, точно старик вернул давно прошедшую молодость. Поводя плечами, Зарелли отодвинул валик-подушку и сел, рассматривая собеседника. Пыльца Нам способна и не на такие чудеса. Джабба лично видел, как человек со вспоротым брюхом, вдохнув наркотик, прикончил десяток противников, уже считавших его мертвецом. Правда это не помогло ему избежать смерти. Пыльца лишь давала огромную силу, отнимая часть разума и постепенно превращала человека в безумное животное, жаждущее разрушений.

– Зеркало Вероятности, - Сиред потёр лоб, - Очень хитрая штука и нужно хорошо знать, как правильно настроить его на себя. Неверная калибровка убьёт владельца в считанные часы.

– А если всё сделать верно?

– Тогда артефакт вынудит все происходящие события совершаться в пользу своего обладателя.

– Это как?
– капитан всё больше утрачивал интерес к разговору, поглядывая на серебрящиеся шпили башен.

– Зеркало примется анализировать все возможные варианты будущего и притягивать те, которые полезны хозяину, - Сиред оживился, - Взять, хотя бы, тот случай на пирсе, когда вы упали в воду, - Джабба отвлёкся от вида в иллюминаторе и недовольно поморщился, - Готов поклясться, что и грифон был в полном порядке, и мостовая - достаточно сухой, и ограда - весьма прочной. Однако, лужа оказалсь именно в том месте, куда ступила лапа животного и именно в тот момент, когда грифон утратил равновесие. А в дереве ограды имелась крошечная трещина, незамеченная именно до этого момента. Был единстенный шанс, что события примут такой оборот и Зеркало отыскало и реализовало его. И такое происходит во всём, вплоть до мелочей. Даже в разговоре, обладатель Зеркала не испытывает никаких проблем, если речь касается чего-то щекотливого. Просто собеседник забудет, о чём хотел спросить, либо же произойдёт нечто, прерывающее беседу.

В дверь стукнули и внутрь ввалился гвардеец. Козырнув, он доложил, что корабль готов войти в акваторию Зара.

– Странное дело, - добавил солдат и почесал длинный крючковатый нос, - Ворота защитной стены распахнуты и никого не видать. Может, напали пираты? И ещё. На море полным полно ледяной крошки. Вроде бы ещё рано....

Джабба легко поднялся на ноги и поправив амуницию, направился к двери. Гвардеец пропустил командира и вышел следом, оставив старого картографа в полном одиночестве. Тот, некоторое время, рассматривал противоположную стену, а потом повалился на бок, опустив голову на дряхый валик. Седые волосы рассыпались по койке и крючковатые пальца перебирали их, точно струны какого-то инструмента.

– Тварь, - бормотал Сиред, погружаясь в наркотическую дремоту, - Почему все думают, будто Магистр создал её? На самом деле, на самом деле...

Голос его упал до неразборчивого шёпота, а глаза затянула тусклая плёнка. Однако Зарелли ещё не спал. Какая-то мысль не давала ему окончательно погрузиться в мир безумных сновидений. Внезапно глаза Сиреда широко распахнулись, а по вялому лицу прошла судорога ужаса.

– Лёд, - едва слышно выдохнул он, - Лёд!

– Не успели!
– с досадой вздохнул Далин опуская зрительную трубку, через которую только что видел корму фрегата, исчезнувшую за воротами Зара.

Боцмана, как и всю остальную команду охватил азарт преследвания. Матросы, как безумные обезьяны, сновали по вантам, набивая паруса и натягивая канаты такелажа до звона. Похоже один Джонрако пытался задуматься, что произойдёт, если им-таки удастся настигнуть корабль гвардейцев. Схватка шхуны и боевого корабля? Хм-м...

Однако, капитан скрывал сомнения и лишь подбадривал старающуюся команду. Теперь же Собболи был даже рад, что им не удалось догнать фрегат в открытом море. В тесном пространстве акватории у них будет больше возможностей для маневра. Однако боцмана подобные тонкости не волновали и он разочаровано стукнул кулаком о брус борта.

– Не успели, чёрт побери!

– Странное дело, - заметил Джонрако, не ведая, что повторяет за неизвестным ему гвардейцем, - Почему не видно ни единой рыбацкой лодки? Да и охрана отсутствует...

– М-да, - промычал Далин, - Время путины, вообще-то. Может праздник какой?

– Угу, день открытых дверей, мать бы его, - буркнул Собболи и поднёс зрительную трубку к глазам. Некоторое время капитан молча смотрел, а потом глухо заворчал, - Ни единого человека на воротах, чертовщина!

Внезапно физиономия боцмана просияла и он попытался ухватиться за остатки обгоревшей бороды.