И всё закончилось.

Уцелевшие монстры, повисшие на бортах, внезапно утратили всякий интерес к "Морскому Чёрту" и принялись спрыгивать в реку, исчезая в её мутных глубинах. На воде остались покачиваться только обгорелые трупы нападающих - десяток убитых чудовищ.

Настало время оказать помощь пострадавшим. Замусу уже перевязали руку и матрос грязно ругал проклятых выродков, сплёвывая на плывущее чешуйчатое тело. Коцу вручили бутылку рома и он медленно отхлёбывал, рассматривая синий след, проступающий сквозь обильную растительность живота. Шимира осторожно спускали вниз, стараясь, чтобы длинный порез на груди не начал кровоточить.

Группа матросов, под командой Фаленни, размышляла, как выдворить тело незваного гостя, протянувшееся от бака до юта.

– Уведите пленного, - приказал Джонрако подошедшим конвоирам и спрятал пистолет, - Надеюсь, он вдоволь надышался свежим воздухом, а заодно и развлёкся.

Хихкающие моряки увели пошатывающегося Джаббу в место его заточения. Капитан повернулся к Шании и увидел Иварода, медленно выпозающего из-за нактоуза.

– Идите-ка вниз, - сказал Собболи, вытирая лоб, - Так мне будет намного спокойнее.

– Вы были на высоте, капитан, - улыбнулась Шания и поцеловала моряка в губы, - Отважный человек заслуживает поощрения.

– Может и мне тебя поцеловать?
– проворчал Ива, проходя мимо, - В качестве поощрения...

– Я уж воздержусь, - сухо отрезад Джонрако, - Иди, целуйся с корабельными крысами. Хорошая компания для того, кто прячется от опасности в норах и щелях.

– Осторожность - прежде всего, - Ива сделал жест, соотвествующий человеческому пожатию плечами, - Да и проку от меня было бы...

Произнеся эту фразу, пёс начал осторожно спускаться по изломанным ступеням, стараясь не наступать на огромные острые щепы.

Где-то, за тысячи миль от Сквозной реки, в комнате, все стены которой занимали книжные полки, уставленные толстыми томами, зеркалами различной формы и уж вовсе непонятными предметами, лысый человек дугой изогнулся на узком ложе, словно его приложили раскалённым прутом. Прижимая дрожащую ладонь к левому глазу, Магистр протяжно застонал и свалился на пол, где и лежал некоторое время, напоминая груду чёрного тряпья. В тот же миг выпуклое зеркало, нависавшее над опустевшим ложем, лопнуло, выпустив поток мутной жёлтой воды.

Постанывая, чародей медленно поднялся на ноги и отнял руку от лица. Теперь стало ясно, что один глаз волшебника почернел, словно его обуглил мощный жар. Магистр покачал головой и оглядел себя так, будто видел первый раз.

– Наверное я обезумел, - прошептал лысый человек и тихое эхо пробежалось среди пыльных книг, - Точно, я сошёл с ума! С этим можно сравнить только то...

Внезапно он осёкся, точно опасался, что его могут подслушать. Но вокруг не было никого и лишь багровое солнце пристально следило за чародеем своим немигающим оком.

– Почему?
– спросил волшебник у десятков своих отражений, - Почему я никак не могу оставить это дело? Почему?! Ведь ясно же: это - не Он! Кого я преследую и почему?
– отражения повели себя по-разному: одни отрицательно крутили головами, другие, соглашаясь, кивали, - Но, если это - обычный чловек, почему я не могу его остановить? Почему молчит Шурт? Куда исчез Цафеш? Где Сиред?

Маленький сухой кулак стукнул по прочному столу и тот, с громким щелчком, пустил ветвящуюся трещину, похожую на отвратительную паутину.

– Что произошло в Заре?!
– выкрикнул Магистр и огляделся, словно искал кого-то, кому известен ответ. Теперь отражения качали головами, - Тварь перестала подчиняться! Даже я не могу её обуздать!

Чародей опустился на высокий табурет и охватил лысую голову руками. В полыхающих глазах проступал искренний испуг.

– Я схожу с ума, - прошептал волшебник, - Точно - схожу с ума...

Магистр быстро встал и пошёл было к выходу. Лучи заходящего светила ударили ему в спину, обозначив на щербатой стене чёрную тень. Тёмный силуэт искажался, больше напоминая исполинского змея, пляшущего под ударами копья. Бросив взгляд на жуткую тень, чародей внезапно остановился и глубоко задумался. Потом медленно, словно нехотя, вернулся и подошёл к самому дальнему из зеркал. Зеркалу, спрятанному в тёмной нише, точно волшебник скрывал предмет от самого себя. Шестигранное зеркало прикрывала плотная ткань, порыжевшая в нескольких местах, словно кто-то пытался спалить материю.

Помедлив мгновение, чародей решительно сорвал ткань и уставился в чёрную тьму. Казалось, перед Магистром открылся тёмный туннель, не имеющий конца. В определённом смысле, так оно и было.

Чародей поднял руку с красным перстнем и повёл им, стараясь не отрывать от серебристо-чёрной рамы. Когда движение завершилось, во тьме появились концентрические жёлтые круги, проваливающиеся в глубины тёмной бездны. Повеяло лютым холодом, точно открылся проход в глубины зимы. Ледяной воздух рвался наружу, развевая чёрное одеяние волшебника. Магистр ждал, сложив руки на груди и прищурив зелёные глаза.