– Кэтрин, любимая! Ты жива, жива!

Взрослый строгий мужчина плакал, целуя мои руки.

– Никогда так больше меня не пугай! Будь благословен этот придурок Элайджа, не знаю, что он тебе наговорил, но ты к нам вернулась!

Я устало откинулась на подушки:

– Генри, я всё тебе объясню. Ты поймёшь, почему я так отреагировала. Позже. Сейчас я хочу домой. Оформи выписку, попроси эльфов привезти твоё старое кресло, боюсь, мне ещё трудно будет дойти до дома самой.

Он меня выслушал, ушёл с целителем. Дети уснули у меня на кровати, Арабелла убежала домой, пообещав заскочить на следующий день, а я молча улыбалась солнечному лучу, пробравшемуся в мою палату. Как же хорошо быть живой. Просто живой.

Домой я вернулась на руках у мужа. Он не стал слушать моих возражений, легко поднял меня и перенёс к точке аппарации. Детей привели эльфы. Я снова была дома.

Я ещё месяц пила укрепляющие зелья и заново училась ходить. Семья плясала вокруг меня, я возвращала им заботу улыбками, благодарностью и пением. Я много пела в ту зиму, мы собирались в малой гостиной по вечерам. Вацлав аккомпанировал мне на рояле, я пела, сидя в кресле. Дети сидели на подушках около моих ног, Генри садился на подлокотник и пел вторым голосом. Трейси разливала чай. На небольшом диване сидел Октавиус, он почти всегда держал на руках кого-то из малышей-руноследов. Лорена (воспитанница Трейси), присоединялась к нам по воскресениям, она рассказывала новости из школы и передавала приветы от моих учеников. Часто с нами проводили вечера мои дорогие подруги, Арабелла с мужем и деверем или Чарис Крауч с мужем и маленькой обретённой дочкой. Дочка Чарис совершенно освоилась, она забыла своё невесёлое детство в приюте с помощью лёгкого успокаивающего зелья и откликалась теперь на имя Андромеда, что очень меня развлекало. Андромеда и Корвин подружились и носились по нашему поместью уже втроём, вместе с малышом-индусом, который станет магом в своё время. К марту я совершенно оправилась. Изменилось только одно – мои волосы. Они совершенно поседели. Это была невысокая цена за жизненный урок. Всё равно мои волосы никогда не являлись эталоном красоты, так что много я не потеряла. Смущённая Лакейша Слизнорт подарила мне очень красивую вязаную шапочку с жемчужинками, я немедленно примерила её и осталась очень довольна. Теперь я носила вариации таких шапочек постоянно, она стала моим фирменным украшением. Шапочка плотно прикрывала голову, по бокам свешивались длинные серебряные ниточки с жемчужинами, на лбу волнисто вырезанные края тоже были украшены бусинками. Шапочка очень мне шла и молодила. Она была немножко похожа на стилизованный кокошник. Об этом прознали ученики, Лорена притащила в Хогвартс фотографию своей новой семьи, совы закидали меня маленькими подарками с разноцветными бусинками и блестящими мотками пряжи. Все подарки тщательно проверялись, руководили проверкой мои старшие мужья. Трейси научилась вязать мне бесподобные шляпки, они были настолько хороши, что другие молодые дамы подхватили новую моду и даже в модном журнале «Спелла» супер элегантные ведьмы кутались в меха и носили малюсенькие кокошники. Это был настоящий успех. Генри уверял, что мне безумно идёт новый тренд, а я улыбалась и соглашалась. Папа-змей приставил ко мне круглосуточную охрану из проверенных змеев. Старшим стражником стал мой старый знакомый тайпан Роланд, он приполз, когда выяснил о нападении на меня, подрался с гадюками и руноследами, но отвоевал место около меня. Тайпан оказался молодым и неженатым. Ему явно нравилась Бантик, но Ангел гонял его от сестрички. Стейси приказала Ангелу помириться с Роландом, и устроить свадьбу в один день, сразу после её окончания школы. Тайпан вздохнул, но согласился. Теперь он нежно ухаживал за Бантиком и таскал ей вкусняшки. Октавиус нашёл зелье долгой жизни для змей, Роланд его мужественно выпил и повеселел. Теперь он мог спокойно ждать вожделенной свадьбы, не боясь скончаться от старости.

Я как будто вернулась во времени назад, я снова много гуляла по паркам Лондона, но теперь рядом всегда были мои дети и муж. Я дописала вторую книжку для детей, «Деревянная армия колдуна Джюса» была напечатана к первому марта. В книге появился друг Элли, мальчишка Эйнджел, а так история была практически той же самой. Урфину Джусу я придала черты старого сумасшедшего Дамблдора, любимой и единственной пищей которого были отвратительно приторные мармеладные фруктовые дольки. Элли и Эйнджел постоянно подкреплялись полезными фруктами. Книжка разошлась большим тиражом, все вырученные деньги я отправила в приют Вула.

Как только я окрепла, я стала готовить месть Дамблдору. Я внимательно изучила любимую книгу предков и показала её Генри. Он был впечатлён. До этого момента я не рассказывала ему всего о забавах семьи Гонт, но теперь прочитала особо избранные места. В таблице появился новый пункт, Альбус Дамблдор занял почётное последнее место с открытым финалом. Я набросала пошаговый план и выжидала удобного момента, чтобы начать месть. Первым пунктом стояло посещение владельца «Кабаньей головы». К нему-то я и отправилась десятого марта.

Глава 17

Аберфорт сидел на деревянной скамье и читал книжку про Урфина Джюса. Он хохотал и периодически прихлёбывал пиво из большой глиняной кружки. Не поворачиваясь ко мне, он буркнул:

– Мы закрыты до полудня. Приходите через час.

Он снова углубился в чтение. Я села напротив него и принялась рассматривать. Это был высокий моложавый мужчина лет тридцати, но глаза у него были очень взрослые и мудрые. Только по глазам я поняла, что он старше, чем кажется. Он хорошо выглядел в простой клетчатой рубахе с закатанными рукавами и жилетке, которая явно знавала лучшие времена. Брюки были заправлены в грубые сапоги, намечающийся животик выпирал над широким кожаным ремнём. В одном ухе торчала пиратская серьга, неухоженная каштановая борода и низкий хвост из зализанных волос довершали образ.

– Вы очень похожи на людоеда из моей первой книжки, просто удивительно, - я улыбнулась удивлённому хозяину таверны.

– Дамочка, я же сказал, закрыто… Ой, да это же Госпожа Радуга ко мне пожаловала! Рад, очень рад. Спасибо, что заметили. Я специально образ подбирал под Вашу иллюстрацию. Очень мне людоед понравился. Если бы Вы ещё дописали, что он нежно любил своих коз, вообще было бы здорово. Что Вам налить?

Я попросила того же пива, очень уж оно аппетитно выглядело, шикарная шапка из пены, аромат мне тоже понравился.

– За счёт заведения, - он сноровисто протёр чистый стол и поставил орешки и сыр.

Пиво было великолепным, я молча наслаждалась минут пять. Он тоже приложился к кружке.

– Удивительно вкусно! Спасибо большое. Только я хотела Вас угостить, а Вы успели первым, - я говорила искренно, мне понравился брат Дамби. Он был какой-то настоящий, искренний. Он выглядел надёжным. Такие люди если любят, то навсегда, если дружат, то по-настоящему, а если ненавидят, то тоже на все сто. Возможно, я совершу ещё одну ошибку, но я не буду юлить и обманывать этого человека.

– Вы мне нравитесь, Аберфорт. Поэтому разговор будет ещё труднее, чем я думала.

Он спокойно кивнул:

– Да, леди, кажется, я понимаю, почему Вы пришли. Давайте поговорим. Только я Вас кое о чём попрошу, ладно?

Он дождался моего кивка и сноровисто протянул мне мою книжку.

– Не откажите в любезности, подпишите. Я редко кого прошу. И если Вы не против, то я ещё хотел бы Вас сфотографировать в интерьере моего паба. Вон, на стенке у меня целая коллекция.