– Джу! Почему ты здесь сидишь, дорогая? – обратилась она первая к девушке и деланно добродушно улыбнулась, растягивая свои тонкие губы. – Ты не замерзла хоть?

– Что вы здесь делаете? – холодно отозвалась Кан, чувствуя, как по коже вновь ползут неприятные мурашки, вынуждая ее зажиматься под колючим взглядом.

– Приехала за тобой, голубка, - ответила женщина, подходя еще ближе. – Слышала, что тебе сейчас совсем негде жить. Поедем ко мне?

– Я не хочу, - Джу быстро поднялась на ноги и направилась было к дому Маринэ, что был совсем неподалёку, но чья-то тяжелая ладонь легла на ее плечо, заставляя замереть на месте. Повернув голову, девушка увидела одного из двух охранников в черном костюме. Выглядел он очень пугающе с совершенно лысой головой и крепкой накачанной мускулатурой. Даже Минсок бы с таким не справился…

– Зря ты так, думаю, нам есть о чем поговорить, детка, - покачав головой, сладко произнесла няня и, отдав команду своему человеку, пошла обратно к машине. Охранник молча подхватил упирающуюся Кан на руки и понес к автомобилю, и сколько бы она раз ни попала по его лицу локтем, никакого вреда принести так и не смогла.

Ее усадили на заднее сиденье, в то время как няня, словно в старые времена, села спереди. Замки щелкнули, и путь к побегу был отрезан. Джу опустошенно посмотрела в окно, выискивая в темной улочке Минсока, но даже намека на его появление не было, и последняя надежда на спасение канула в лету.

Когда они приехали к небольшому особняку, принадлежавшему хорошо зарабатывающей в свое время няне, Кан снова взяли под руки и потащили внутрь, хотя в этом и не было необходимости. Она просто не сможет сбежать от такого количества охраны.

Няня приказала усадить девушку за стол в большой просторной зале, которая была достаточно затемнённой из-за широких черных штор и такого же цвета ковров. Джу уставилась на богатую хрустальную люстру, скрывая волнение, что бушевало внутри.

Она пыталась делать вид, что не замечает женщину, что села напротив и принялась пристально наблюдать за дочкой некогда ее хозяина. Некоторое время няня просто молчала, но вскоре ее скрипучий голос заполнил пространство, заставив Кан вздрогнуть.

– Милая Джу, ты же знаешь, что теперь, когда твой отец в тюрьме, ты будешь находиться под моей опекой? Поэтому я сразу перейду к делу. Так как я буду обеспечивать тебя, обувая и одевая, а также кормя три раза в день, мне понадобятся для этого деньги. Ах да, не забываем об оплате твоей учебы.

– Мне это не нужно, - резко отказала Джу, презрительно посмотрев на нее и поджав губы. – Я не просила вас ни о чем.

– Знаю, тебе неловко, ты ведь достаточно избалованна… - пожав плечами, произнесла няня, вызывав у девушки волну возмущения. Почему эта женщина ведет себя так по-хамски?! – Но это не имеет значения. Я перевоспитаю тебя.

– С какой это радости? – прищурилась Кан, смеряя ее недобрым взглядом. – Откуда такая доброта? Разве не проще было меня оставить голодать на улице?

– Ну что ты, - сладко улыбнулась няня. – Ты же мне почти как дочь.

Джу мрачно отвернулась и принялась рассматривать омерзительные на вид статуэтки языческих богов, сделанные весьма и весьма криво. Внезапно к ним подошел один из слуг и положил перед девушкой какой-то листок.

Удивленно опустив глаза, Джу прочла, что это завещание ее отца на некоторое имущество, замороженное до нужного времени на личном счету.

– Это твое наследство от отца и матери, - сказала няня, внимательно следя за реакцией блондинки. – Когда ты достигнешь совершеннолетия, то сможешь заполучить эти деньги, но…

– Зачем вы показываете мне это? – ошарашенно прервала ее Кан, чувствуя, как к горлу подступает неприятный ком. Почему-то отец ни разу не упоминал об этих деньгах при ней…

– Если ты подпишешь эту бумагу, - женщина кивнула на листок. – То деньги перейдут ко мне, естественно, после твоего совершеннолетия.

– И почему я должна отдавать их вам? – изумленно протянула Джу. – Вы думаете, что самая умная, да?

– Потому что, - спокойно отозвалась няня, – я буду растить тебя как мать, а для этого мне нужно знать, что мои труды будут щедро вознаграждены. Ты же не хочешь быть уличной оборванкой, как твой телохранитель?