– Погодите-ка, - попробовал остановить их преподаватель, но Хани, пообещав, что вернет студентку в целости и сохранности, схватила Пэй за руку и вытащила из аудитории.

Брюнетка заметила, что несколько пар глаз с любопытством следят за ними через стеклянную перегородку, разделяющую стену кабинета посередине, но ей уже было все равно, кто и что подумает, потому что она наконец вырвалась из удушливой и давящей атмосферы, которая преследовала ее весь день.

– Хани? Почему ты здесь? – удивленно спросила Пэй, глядя на девушку, что все еще держала ее за руку и одновременно пыталась достать мобилку из карманчика своей сумочки. Выудив аппарат, она задумчиво посмотрела на время, высветившееся на экране, и снова перевела взгляд на Лим.

– Просто захотелось встретиться с тобой, - пожав плечами, ответила девушка. – Разве нельзя?

– Можно, - непонимающе протянула Пэй, смущенно улыбнувшись и кивнув проходящему мимо преподавателю истории, который подозрительно покосился на них, пытаясь определить, являются ли девушки прогульщицами или же просто вышли на пару минут из аудитории.

– Пойдем, - вдруг сказала Хани и потащила брюнетку за собой к выходу из университета. – Хочу тебе кое-что показать.

Пэй не стала противиться и смирно последовала за девушкой, радуясь, что теперь ей не придется коптиться под ненавистными взглядами, прожигающими в ней дыру. Она быстро оделась, забрав по пути свою курточку, и пока они ехали к месту, известному лишь сестре Лу, Лим неторопливо рассказывала ей о своих проблемах в универе, не утаив истории с раздевалкой и фото, присланным Сё Ри.

Хани, недовольно покачав головой, заявила, что если еще раз встретит эту несносную девчонку, то обязательно придушит ее. При этом она крепко сжала ладошки в кулаки и замахала ими в воздухе для пущей убедительности.

Пэй с легкой улыбкой наблюдала за ней и думала о том, что Чунмён сделал правильный выбор. Они с Хани очень подходят друг другу, и если однажды все-таки решат пожениться, то ей бы весьма хотелось стать другом их семьи, а может, даже крестной их первому ребенку.

Помотав головой, девушка отмахнулась от смущающих и уж явно поспешных мыслей, слушая не прекращающую болтовни Лу. Сейчас, когда ее парень был далеко, гулять вместе с Хани было настоящим подарком в пустой серый день.

Однако они пришли далеко не в кафе или небольшой ресторанчик, где могли просто поболтать несколько часов подряд. Девушка привела Пэй на центральное сеульское кладбище и, ничего не объясняя, направилась вдоль памятников по асфальтовой дорожке.

Она остановилась у небольшого надгробия, под которым уже были кем-то оставлены чуть присохшие цветы. Пусть Хани не говорила ни слова, но Лим уже успела догадаться, чья это могила. Ее взгляд пробежался по частично стершимся буквам, и сердце замерло в груди, потому что она совершенно не ожидала когда-нибудь оказаться здесь.

– Знаешь, может быть, это неправильно было – привести тебя сюда, - обратилась к ней сестра Лу, чуть приседая у могилы и проводя по нижней плите. – Но мне было неловко идти самой, а с братом мы давно уже вместе не ходим сюда.

– Ум, - только и выдавила Лим, стоя позади Хани и пристально вглядываясь в мраморную плиту, лишенную портрета.

– Я хочу, чтобы ты увидела это, - пробормотала девушка, слегка отодвигая подсохший букет из белых роз в сторону и обнаруживая какую-то картонку под ним, рядом с которой лежала тонкая цепочка с кулончиком в виде полумесяца. – Так и думала… Дело в том, что сегодня годовщина смерти Кэ Ми, и мне казалось, что Лухан обязательно придет, как делает это каждый год, но… так как он уехал на состязания, подумала, что братец мог и забыть… А когда зашла к нему в комнату, то заметила, что эта цепочка и фото пропали…

– Значит, они могли быть либо у него… - произнесла Пэй, дополняя девушку, – либо здесь.

– Все верно, - кивнула Хани и, подцепив ноготком карточку, поднесла ее к глазам, а затем передала Пэй. – Можешь взглянуть, если хочешь.

Лим взяла фото и посмотрела на симпатичную юную девушку с темно-карими глазами и бледной кожей. Она слабо улыбалась, а на шее красовался тот самый кулон.