После этого праздника Пэй созванивалась с Нил и с коротких объяснений подруги догадалась, что утром ей здорово влетело от разъярённого Сехуна. С одной стороны, ей казалось, что он неправ, ведь сестра хотела сделать ему приятное, обрадовать, устроить сюрприз, но с другой… у этого парня в городе нет друзей, а видеть чужих не всегда приятно, особенно на личном празднике.

Да еще и она дорвалась… Ах, такого стыда девушка еще никогда не испытывала!

Замотав головой, чтобы отогнать дурные мысли, Пэй попыталась переключиться на что-то другое и тут же вспомнила о Хани, которой обещала сегодня прийти перед игрой. Да и с мамой Лухана одновременно повидаться… Наверное, ей бы стоило позвонить прежде, чем наносить визит, но пока еще рано, тем более, находясь в той ситуации, в которой пребывает ее семья, планировать что-то наперед довольно затруднительно.

Купив заказанную матерью капусту, девушка отправилась обратно домой, но по дороге отвлеклась на рекламу в целой дюжине аккуратно расставленных на витрине телевизоров. Там показывали очень знакомую девушку, и, постояв с полминуты, Пэй, сообразив, кто это, громко воскликнула, тут же прижав ладошку ко рту.

На экране, широко улыбаясь, рассказывала о свойствах новой зубной пасты не кто другой, как Хани. Она была в белом халате, длинные волосы красиво уложены на плечах, а на привлекательном лице такое же выражение, как чуть ли не у каждой звезды Голливуда. Она была настоящей красавицей! Таким образом девушка узнала, что сестра Лухана – известный в своей области стоматолог, которому теперь еще и предлагают сниматься в рекламе. И почему-то ей казалось, что дело было совсем не в деньгах. Это не похоже на семью Лу, а значит, Хани-таки профессионал.

Еле оторвавшись от экрана, Пэй оторопело поплелась в сторону дома, все еще не в силах поверить, что та дружелюбная искренняя девушка фактически звезда! Еще немного, и с таким успехом ее пригласят сниматься в дорамах, ведь девушка отлично справилась с задачей рекламы нового продукта!

Ей хотелось позвонить и спросить, действительно ли это была Хани, хоть сомнений нет, что это она, но и навязывать свое внимание таким образом было не лучшей идеей. Решив дождаться вечера, Пэй ускорила шаг и уже через десять минут была дома. Разуваясь на пороге, девушка не сразу поняла, что что-то не так, и уже когда заплаканная мать предстала перед ней, кусая губы и сминая кофту, брюнетка заподозрила неладное.

– Что-то случилось?

– Шинни, - сорвавшимся голосом пролепетала женщина, нервно дрожа и обнимая себя за плечи, – пропала!

– Что? – Пэй показалось, будто язык прилип к нёбу, а в ноги залили свинец, однако, не говоря ни слова, она бросила на пол пакет с капустой и рванула на улицу, крутя головой во все стороны. Сердце колотилось, словно безумное, кровь стыла в венах, стоило ей представить, что с малышкой что-то случилось. Она не могла поверить, что глупые родители снова поссорились при ребенке, думая, будто это никак не повлияет на нее! Что за чертовы психи их бьют, раз они даже не могут совладать с собой?

Через некоторое время девушка заметила отца, мечущегося у магазина, где она была немного ранее, покупая капусту. Нагнав его, Пэй вцепилась в рукав мужчины, разворачивая лицом к себе. Темные глаза испуганно посмотрели на нее, и брюнетке снова подумалось, что отец совсем постарел за последние несколько лет. Глубокие морщины, почти полностью седые волосы, впалые щеки… Все это делало его намного старше на вид, чем нужно. Вздохнув, она поняла, что не может злиться на него, потому что ей банально жаль родственника и потому что какими бы ни были причины их ссор, родители есть родители. Они ими навсегда и останутся.

– Где ты в последний раз видел Шинни? – пропуская злобные заготовленные слова, спросила Пэй. Сейчас важнее всего найти сестру, а остальное не так уж и важно. С остальным ведь можно разобраться и потом?

– Когда она играла в гостиной, - севшим голосом ответил отец, он выглядел изрядно измученным и усталым, но в глазах плескалось беспокойство, а значит, Шинни для него тоже очень важна сейчас.

– Хорошо, - кивнула девушка и задумчиво обвела взглядом улицу. – Я пойду в эту сторону, а ты иди туда. Если найдешь первым, позвони мне.

Проследив за указанным ладошкой дочери маршрутом, мужчина согласно кивнул и спрятал замерзшие от холодного ветра руки в карманы своей курточки.

– Хорошо, удачи, доченька.

Вздрогнув от последнего слова, Пэй молча поспешила в свою сторону, стараясь не думать о чувствах, которые вложил родственник в это слово. Ей хотелось злиться, высказать ему все, что думает об их с матерью ссорах, но одновременно она не могла заставить себя сделать это, и виной всему была элементарная жалость.