Лухан выровнялся и смерил девушку пристальным взглядом, будто взвешивая что-то. Спрятав одну руку в карман джинсов, он протянул свободную ладонь и взял ладошку Пэй, потянув ее за собой.

– Пойдем.

– Что ты делаешь? – попыталась воспротивиться она, но парень молча вел ее за собой, уводя прочь от университета, который Лим сегодня лучше и вовсе пропустить. Она бормотала кучу фраз, чтобы он отпустил, чтобы объяснил ей, что происходит и куда он ее ведет, что ей нельзя пропускать пары, но Лухан продолжал игнорировать аж до самого развлекательного комплекса, куда они, собственно, и пришли.

Подведя девушку к чертовому колесу, парень отпустил ее ладонь и поспешно купил пару билетов, вернувшись к ошарашенной Пэй. Протянув бумажки мужчине, отвечающему за подъёмник, финансист снова захватил запястье брюнетки и потащил ее к свободной кабинке. Лишь когда они очутились внутри и расселись по разные стороны на встроенные скамеечки, парень спокойно посмотрел на нее и сказал:

– Расскажи мне, что тебя тревожит.

– Чего? – Пэй уже давно не плакала, а следующей стадией после грусти у нее шло раздражение, поэтому, злобно надув губки, она сложила руки на груди и показала всем своим видом, что не желает общаться. Однако Лухан, чуть подавшись вперед, сложил свои ладони в замок, оперевшись локтями о колени, и продолжил прожигать в девушке дыру внимательным взглядом.

Закатив глаза, Лим безразлично пожала плечами и откинулась на железную спинку лавочки, рассматривая вид из окна. Постепенно они поднимались все выше, и улочки Сеула превращались в миниатюры - как на искусственном макете города, стоящем в университетском музее.

– Меня сюда мама в детстве часто приводила, - неожиданно произнес Лухан, и девушка медленно повернулась к нему, глядя на то, как он смотрит вдаль. Его взгляд отличался от обычного, словно наполнился нежностью и теплотой. – Когда мне было грустно или больно… Она водила меня сюда и просила рассказать все, что меня тревожит. Поэтому я привел тебя.

– И что? – изогнув бровь, переспросила Пэй. – Думаешь, теперь я обрадуюсь и раскрою свою душу настежь? Героем себя возомнил?

Парень ничего не ответил и, задумчиво покачав головой, снова отвернулся к окну. Она молча разглядывала его, то, как отблески осеннего солнца танцуют на светлых волосах, то, как он морщит нос и поджимает губы. Где-то в области сердца что-то неприятно кольнуло, и девушка помотала головой, отгоняя наваждение.

– Прости, что накричал на тебя, - снова заговорил Лухан. – Я был так зол и совсем не подумал о твоих чувствах. Решил, что ты просто проигнорировала меня, и накрутил сам себя… Поэтому… Я лишь хочу, чтобы тебе полегчало, и хотя из меня не выйдет хорошего слушателя или советчика, все же расскажи, что на душе.

– Ты такой странный, - пробормотала Пэй, вновь улавливая сбой сердечного ритма. Почему он делает это? Почему просто не бросит ее? Боится, что некому будет писать конспекты? Только поэтому? – Я оценила твое благородство, но давай не будем об этом…

Повисла тишина, и они по-прежнему не смотрели друг на друга после того, как Лухан перевел взгляд вдаль, а Пэй глядела вниз, ощущая, как понемногу поднимается настроение. Да, несомненно, этот черствый баскетболист тот еще придурок, но даже если за его действиями присутствуют скрытые мотивы, она рада, что он увел ее прочь от университета. Ведь кто его знает, смогла бы она держать все эмоции в узде или сорвалась бы при первой же возможности.

– Значит, вы проиграли, - решив все же поддержать хоть какой-нибудь разговор, сказала Пэй, встречая направленный в ее сторону взгляд Лухана. – Почему?

Парень слегка пожал плечами, а затем поднес ладонь к лицу, задумчиво проводя ею по нижней губе:

– Недостаточно подготовились. Если продуем еще раз, то не попадем на международные соревнования, и тогда пиши пропало.

– Что ты делал вчера, когда вернулся домой? – попыталась развить тему девушка. В конце концов, они плохо знали друг друга, и сегодняшняя ссора лишь дополнила это. Если так продолжится, то о совместной работе не может быть и речи! А они вроде как пара, хотя она и сказала ему, что все отменяется…

Лухан грустно улыбнулся и снисходительно перевел на нее взгляд:

– Выслушивал мысли сестры, касающиеся тебя. Они были весьма нелестными, хочу заметить, хотя мама старательно выгораживала тебя, - ответил он, дожидаясь реакции девушки. Пэй глубоко вдохнула и быстро выдохнула, до боли вжимая пальцы в мягкую кожу ладоней.

– Прости, я не хотела пропускать игру. Это ненамеренно вышло.