Шрифт:
– Какие они?
– полюбопытствовал Гарри.
– Малфой – крупный, наверное, высокий, широкоплечий. Волосы длинные и очень светлые. Квадратный подбородок, злые серые глаза, - поделился Блейз.
– Принц… тонкий, тоже высокий, скорее всего. Северус в человеческой форме очень на него похож – такой же носатый и темноглазый. И так же бровь изгибает, будто смеется внутри, но виду не подает. За обедом увидим, если Дракуся прекратит истерить и будет вести себя как будущий лорд, а не как капризная дама полусвета.
– Я не…
– Я что-то не пойму, - прошипел молчавший до этого Хешшш, - из-за чего огорчился Дракон?
– он посмотрел на Гарри.
– Хм… видишь ли, нас троих, до появления мессира, воспитывали в строгости. Внушали, что пристало лорду, а что – нет. И вот теперь родители сами же нарушают эти правила.
– Как?
– Ну, например, целуются, когда все смотрят. Мессир облизывает их. Они обнимаются…
– Это плохо? Почему? Они же принадлежат мессиру. Он – хозяин своего гнезда и делает, что хочет. Если не здесь, то где? Ведь тут нет чужих?
– Это неприлично, - буркнул Драко.
– Не комильфо, понимаешь?
– Тебе неприятно на них смотреть?
– Мне все равно! Просто раньше, стоило мне взять за столом не ту вилку, меня обдавали таким холодом, что хотелось провалиться! А мессир вообще руками ест!
– Станешь мессиром – тоже будешь так делать, - невозмутимо возразил Хешшш.
– Или когда твой муж будет мессиром и позволит тебе так поступать. Сейчас ты принадлежишь роду. Старший змей гнезда устанавливает правила. Для каждого из нас – свои. Сам поступает так, как хочет. Его слово – закон, он отвечает за всех и имеет право требовать послушания.
– Я не хочу выполнять то, что хочет от меня непонятно кто!!!
– закричал вдруг Драко, сорвавшись.
– Я не хочу! Все как с ума посходили! Мессир то, мессир се! Жили без него семнадцать лет, а теперь все с ног на голову!!! Я не хочу! Я…
Хешшш тихо, раздраженно зашипел. Его хвост взметнулся и острым кончиком уткнулся истерящему юноше под кадык. Малфой тихо всхлипнул и замолчал, обиженно сверкая глазами.
– Без него все было бы по-другому. Если тебе не достаточно того, что твои старшие улыбаются, если не хочешь видеть их счастливыми, если не рад за Гарри, что у него теперь благодаря мессиру есть родители, то ты – просто неблагодарный, Дракон. Нам не о чем говорить больше.
Он поднялся и пополз прочь. Гарри тоже встал.
– Без мессира не было бы Хешшш, Драко. Мы бы не сидели тут, в прекрасном саду, а были бы заперты в мэноре. Отцы бы опять смотрели мимо нас стеклянными глазами, а матери спускались к завтраку с покрасневшими носиками. Прости, но я не понимаю сути твоих претензий. Меня все устраивает. И если для того, чтобы все осталось по-прежнему, мне нужно лишь вести себя так, как раньше, и не обращать внимания на то, как ведут себя другие – я согласен. Мама мне вчера на ночь рассказывала о своих путешествиях. В мире столько всего интересного! Я буду усиленно готовиться, и, может быть, столь нелюбимый тобой мессир сочтет меня достойным того, чтобы устроить в Академию. Я увижу другие миры! А если даже и нет… мне хватит сияющих глаз Северуса с Люциусом.
Он развернулся и пошел за нагом. Драко растеряно посмотрел на Блейза, молча жующего травинку.
– Я понимаю тебя, братишка, но это не значит, что ты прав.
– Я…
– Ты в растерянности, как и все мы. Как говорится, жили – не тужили, и вдруг… - он поиграл бровями.
– Учись воспринимать все позитивно, Драко. Если не хочешь остаться один. Гарри теперь есть, кому утешить, кроме нас с тобой. Он больше не одинок.
– Это мы теперь сироты в собственной семье, - трагично прошептал Драко.
Блейз фыркнул, а потом расхохотался.
– Сиротка!
– задыхаясь, выдавил он.
– Ой, не могуууу! Подожди, брошенное дитя, дедушка Абрахас за тебя возьмется! Будешь с ностальгией вспоминать то время, когда взрослым было не до тебя.
Успокоившись, он обнял брата и уже серьезнее сказал: