– Известно, господин оберст. Как и то, что славная история вашего полка может закончиться в ближайшие дни, если вы не получите подкрепления.

Больше удивленный, чем разозленный этой неожиданной дерзостью, фон Мердер даже крякнул от неожиданности.

– Вот это дело! Не слишком ли вы смелы, как для покойника, унтер?

– Если мне будет позволено заметить, меня и при жизни мало кто мог упрекнуть в трусости, господин оберст.

Этот ответ почему-то понравился оберсту. Дирк понял это – по тому как офицер запустил руку в свою основательную бороду и подергал ее, словно проверяя на прочность.

– За словом, значит, в карман не лезете? Мкхм. Хорошо. Хорошо! Значит, считаете, что ваши гниющие орды здесь нам нужны?

– Так точно. Насколько я знаю, третьего дня французы нанесли по вашему расположению серьезный удар. Полку удалось отойти на запасные позиции двухгодичной давности, но с большими потерями. Французы закрепятся на ваших прежних рубежах, после чего, несомненно, нанесут повторный удар. Это лишь вопрос времени. У сухопутного штаба нет резервов на этой части фронта, поскольку практически все боеспособные части заняты в южном контрнаступлении. Поэтому отправили нас. Мы – последний резерв.

– Вы? Резерв? – оберст немузыкально рассмеялся, - Очаровательно! Храни Бог Германию, если ее последняя надежда – мертвецы! Да на что же вы годитесь, покойники? Всякая дрянь, поднятая этими тоттмейстерами-гробокопателями из могил… Добропорядочному христианину не дело восставать из мертвых и брать в руки оружие. Это… богопротивно, наконец!

– Согласен с вами, - Дирку оставалось лишь кивнуть, - Но иногда мертвым приходится защищать живых, а не наоборот. В Чумном Легионе служат мертвецы, это верно. Но никто не поднимал нас из могил… Разве что, из мелких рвов, в которые иногда сбрасывают тела похоронные команды после боя. Мы все были солдатами. И мы готовы выполнить свой долг до конца… Во второй раз.

– Вряд ли из вас получится что-то большее, чем мишени для французских винтовок. Дьявол, хотел бы я сейчас иметь под началом роту штейнмейстеров… Или хотя бы отряд фойрмейстеров. Они бы быстро превратили позиции лягушатников в дымящиеся руины. А мертвецы?.. К чему они мне? Поверьте мне, это поле видело достаточно трупов, чтоб его требовалось удобрять еще раз, теперь уже ходячей мертвечиной.

– Мы не просто мертвецы, - твердо сказал Дирк, - Мы штурмовая рота «Веселые Висельники». Если вы собираетесь отбить назад свои позиции, для этого мы годимся наилучшим образом. Это наша работа. Думаю, у вас будет шанс проверить «Висельников» в бою. И после этого вы перемените свое мнение о Чумном Легионе.

Оберст прищурился. Пусть первое произведенное им впечатление оказалось неважным, Дирк ощутил определенное уважение к этому стареющему грубияну. В конце концов его рассудок был достаточно силен, чтобы сковать раскалившийся темперамент и не дать ему выхода. По своему опыту Дирк знал, что на это способны немногие. Человек, способный спрятать свой страх и свой гнев, может быть хорошим союзником. И опасным врагом.

Осталось выяснить, в каком качестве выступит фон Мердер.

– Оружия я вам не дам, уясните сразу, - сказал тот тем временем, сердито отдуваясь, - У меня слишком мало штыков и пулеметов, чтоб я одаривал ими мертвецкие части. Одних только винтовок – половинная норма…

– Этого не потребуется, полагаю.

– То есть, ваш сброд покойников в достаточной мере вооружен?

– Как и положено по штату штурмовой роте. Быть может, немногим лучше. Специфика штурмовых действий требует хорошего снабжения. Кроме того, мертвецы куда легче управляются с тяжелым оружием.

– Структура?.. – быстро спросил фон Мердер.

– Четыре штурмовых взвода, по семь пулеметов в каждом. Противотанковое отделение с пятью тяжелыми ружьями модели «Т». Собственное минометное отделение с четырьмя легкими минометами «семь и пять». Рота полностью укомплектована, двести шестьдесят семь человек по штату.

– И сколько из них живых? – отрывисто спросил кто-то из-за спины фон Мердера.

– Четверо. Наш тоттмейстер, хауптман Бергер, офицер связи люфтмейстер Хаас, начальник интендантского отряда фельдфебель Брюннер и лейтенант отделения управления Зейдель.

– Недурно, - пробормотал кто-то из штабной свиты, Дирк разглядел погоны майора, - Двадцать четыре пулемета на роту, да минометы… Сейчас живых так не комплектуют, как мертвецов!

– У меня на батарее меньше трети орудий в строю, - сказал на это какой-то седой хауптман-артиллерист, глядящий на Дирка с неприкрытым отвращением, - Видно, надо сдохнуть, чтоб наверху наконец вспомнили про тебя и прислали хоть ржавую дедушкину саблю…

– Помимо этого есть техника, - сказал Дирк, не обращая внимания на колючий шепот, пробежавший по углам, - Штабной танк «A7V», четыре броневика «Мариенваген», по одному на взвод, и собственный авто-парк – трехтонки «Бенц» и тягач марки «Ланц».

– А аэропланов у вас нет? – спросил майор язвительно, - Или, может быть, дирижабли?

– Нет. Они нам не требуются. «Веселые Висельники» - штурмовая рота. Мы захватываем укрепленные позиции. Для этого аэропланы не нужны.

– Хорошо… - оберст рассеянно побарабанил пальцами по столу, - Вы сказали про целый батальон. Где он?