– И что ты предлагаешь? Это контр-адмирал, ему так просто рот не заткнуть, да и флот традиционно не любит вмешательства в свои дела. Пойдут разговоры, слухи.

– Тогда, им займётся "Цербер".

Призрак спокойно смотрел на посланника, резко замолчавшего после последней фразы. Тот застыл, крепко о чём-то задумавшись. Через некоторое время, со вздохом посмотрел на главу "Цербера".

– Будь по твоему. Действуй как сочтёшь нужным.

Затушив окурок, Призрак достал новую сигару, провёл перед носом, вдыхая аромат, с сожалением отложил.

– Хорошо. По поводу Иден Прайм. Мои люди уже работают. Сейчас изучают остатки наших уничтоженных кораблей и часть захваченного оружия гетов. С уверенностью могу сказать, что это не провокация со стороны рас Совета. Таких технологий у них нет. Голословным пока быть не хочу, как будет какая-то конкретика, информацию направлю.

– Я передам Совету. Если необходимо дополнительное финансирование, дайте знать. Процедура такая же, разместим большой оборонный заказ, победителем будет известная Вам фирма.

Призрак кивнул, взглянул на часы:

– Думаю, неотложные вопросы мы обсудили. Не смею задерживать.

В ответ на это посланник саркастически хмыкнул:

– Узнаю прежнего хама. Ладно, не кашляй.

Проводив взглядом уходящего посланника, Призрак негромко поинтересовался:

– Мастер, ты здесь?

– Да, - прозвучал бесплотный, с механическими нотками, голос.

– По Иден Прайм.

– Это не геты, вернее не совсем геты. Мы за ними давно наблюдаем, - ответил голос.

– А кто тогда?

– Основная угроза линкор. Мы уже думаем над этой проблемой.

– Что требуется от меня?
– задал Призрак вопрос.

– Ничего. Только соблюдение инструкций. Никто не должен знать об информации третьего уровня.

Призрак, несмотря на всю свою невозмутимость, нервничал каждый раз при разговоре с Мастером. Слишком чуждым он, иногда, ему казался. Ища успокоения, он снова стал разглядывать меняющуюся поверхность местного светила. Красный карлик потихоньку умирал, остывал вот уже на протяжении миллионов лет. И будет остывать так ещё миллионы лет, пока не умрёт окончательно. Но всё равно, в человеческом понимании до его конца была вечность.

Через несколько минут нервозность стала проходить, уступая место спокойствию. Щёлкнув коммуникатором, Призрак произнёс:

– Миранда, зайди ко мне.

Появившаяся высокая брюнетка, в ладно скроенном и подчёркивающем фигуру комбезе, была, пожалуй, идеальна. Лицо, тело, венец биотехнологий, с мощными биотическими способностями. Откинув со лба прядь волос, она подошла к креслу, ожидая распоряжений шефа. Пожалуй, она могла бы Призрака заинтересовать, если бы он не был давно и безнадёжно влюблён в свое детище, в "Цербер".

– Контр-адмирал Кахоку, - без предисловия начал Призрак.
– Он сейчас на Цитадели. Ему стали известны сведения первого уровня. Необходимо выкрасть и установить откуда у нас утечка информации. В методах допроса можете не церемониться, мне важен результат.

Миранда кивнула:

– Ещё что-нибудь?

– Нет.

Оставшись один, Призрак закрыл глаза, откидываясь в кресле. Усмехнулся про себя: "Когда я умру, на мою могилу набросают кучу мусора, но ничего, ветер истории развеет её".

Глава 3

С любым коллективом всегда сложно, особенно, если он изрядно разбавлен маленькой, но доброй порцией элиты десанта, в лице десяти матёрых волкодавов. Старпом уже приходил жаловаться. С вечной миной неудовольствия, долго и нудно перечислял все прегрешения моей команды. И про напуганных до икоты навигаторов, разбитую панель БИЦа, про то, как его самого в заложники брали, в общем, много чего. Выслушав, пообещал, что разберусь. С серьёзным видом покивал головой на нравоучения Прессли о недопустимости подобного поведения на корабле, морализатор из него ещё хуже оказался, чем из Андерсона. С панелью БИЦа конечно, не очень хорошо получилось, за это, пожалуй, публичную экзекуцию я им устрою. Специально для старпома, пусть порадуется. Хотя надо же ребятам где-то тренироваться. Им, может статься, "Нормандию" от вражеского десанта оборонять, и практические, натурные тренировки лучшее подспорье для выявления "узких" мест. Разделившись, тогда отрабатывали имитацию захвата БИЦ, кто-то в горячке и заехал локтем, разхреначив несчастную панель.

Сейчас, выгнав "Мако" на середину палубы, под пристальным наблюдением Керриган, группа отрабатывала действия при возникновении боевого контакта с противником. Как оказалось, "Мако" машина новая и, хотя уже запущена в серию, но далеко не все подразделения, даже спецназначения, ею укомплектованы. Массово, в войсках, до сих пор применялся "Гризли", а у них с "Мако" различия очень серьёзные, как в компоновке, так и в самой концепции применения. "Гризли", это стопроцентный БМП, призванный доставить пехоту к полю боя, ну и, располагаясь метрах в двухстах за спинами пехоты, поддержать её огнём. "Мако" в корне менял эту концепцию. Во-первых, мощное 155 мм орудие, с большим углом возвышения, и высокой скоростью вращения башни, благодаря качельному механизму обеспечивало большую точность стрельбы с ходу, позволяя поражать низколетящие цели, типа атмосферных штурмовиков. Во-вторых, высокая скорость и проходимость, включая штатную систему десантирования с экипажем и систему посадки "Реактавр", позволяла буквально высаживаться на головы противника, сразу по приземлении вступая с ним в огневой контакт. Мало того, отдельные виртуозы на тренажёре умудрялись, нештатно используя систему "Реактавр", уклоняться от выстрелов противника, подпрыгивая вверх, а также преодолевать рвы, валы, поверхность с большой разностью высот. И в-третьих, установленное ядро нулевого элемента питало кинетические щиты, способные выдержать несколько попаданий ручных УР и тяжёлых полевых орудий. В итоге, при массовом применении, "Мако" был сродни танковым подразделениям моего времени, а одиночным порядком, это была великолепная разведывательно-диверсионная машина для действия в оперативном тылу противника.