– Пять, – поправил Шерман.

– Ты уверен? – спросила она.

– По состоянию на сегодняшний день, да. Ведь по-старому сегодня нам должны были бы выплатить зарплату.

– Прошу прощения, тогда пять недель. Мы сможем получить деньги за неделю, если все сложится с делом Рейни. Надо постараться нагнать былые темпы.

– Мы выживаем, как можем, – сказала Тэбби – единственный одинокий человек в фирме. У всех остальных были работающие супруги. И несмотря на неприлично маленькие семейные бюджеты, все они твердо решили выживать.

– Как насчет семейства Пейтон? – поинтересовалась Вики.

– У нас все в порядке, – сказал Уэс. – Я знаю, вы волнуетесь, мы благодарны за это, но мы справляемся, также, как и вы. Я говорил это тысячу раз, скажу и сейчас. Мэри-Грейс и я выплатим вам все сполна, как только сможем. Похоже, положение дел уже меняется к лучшему.

– Мы больше беспокоимся о вас, – добавила Мэри-Грейс.

Но никто не собирался уходить. И даже не угрожал этим.

Между ними уже давно возникла договоренность, хотя и негласная. Когда и если бауморские дела разрешатся в их пользу, деньги будут поделены между всей фирмой. Может быть, и не поровну, но все присутствующие знали, что получат достойное вознаграждение.

– А что с банком? – спросил Расти. Сейчас секретов уже не было. Они знали, что Хаффи заезжал пару дней назад, и знали, сколько задолжали банку «Секонд стейт».

– Я связал их по рукам и ногам, – ответил Уэс. – Если они начнут давить еще сильнее, то мы подадим заявление по Главе второй и пошлем банк к чертям.

– Голосую за то, чтобы надуть банк, – сказал Шерман.

Казалось, все в комнате были единодушно согласны с тем, что банк нужно надуть, хотя все знали правду. Иск не пошел бы дальше без поддержки Хаффи, когда он убедил мистера Хренхеда увеличить лимит кредита. Еще все знали, что Пейтоны не смогут спать спокойно, пока не расплатятся с банком.

– Мы должны получить около двенадцати тысяч чистого дохода с дела Рейни, – объявила Мэри-Грейс. – И еще десять тысяч с дела по укусу собаки.

– А может, и пятнадцать.

– А что потом? Когда мы сможем рассчитывать на следующую выплату? – С этим вопросом Мэри-Грейс обратилась уже ко всем.

– Гитер, – произнес Шерман. Это звучало скорее как предположение.

Уэс посмотрел на Мэри-Грейс. И оба в недоумении уставились на Шермана.

– Кто такой Гитер?

– Один из наших клиентов. Он поскользнулся и упал в магазине «Крогер». Обратился к нам около восьми месяцев назад.

Сидевшие за столом обменялись удивленными взглядами. Очевидно, оба юриста забыли про одного из клиентов.

– Я его не помню, – признался Уэс.

– Какова потенциальная прибыль? – спросила Мэри-Грейс.

– Не особенно большая. Трудно будет привлечь их к ответственности. Быть может, тысяч двадцать. Я просмотрю дело и доложу вам о нем в понедельник.

– Отличная идея, – сказала Мэри-Грейс и тут же перешла к другому вопросу. – Я знаю, у нас разрываются телефоны и мы полностью разорены, но это не значит, что мы начнем заниматься всякой ерундой. Никаких дел по недвижимости и банкротству. Никаких уголовных дел, если они не обещают баснословных прибылей. Никаких бракоразводных дел, кое-что мы возьмем, по тысяче долларов за дело, но все должно быть согласовано с нами. Эта фирма занимается компенсациями за причинение личного ущерба, и если мы завалим себя мелкими исками, у нас не останется времени на большие дела. Вопросы?

– По телефону поступают такие странные звонки, – заметила Тэбби. – И со всей страны.

– Просто придерживайтесь нашей общей стратегии, – сказал Уэс. – Мы не можем вести дела в Сиэтле или Флориде. Надо зарабатывать деньги здесь, дома, по крайней мере в течение следующих нескольких месяцев.

– Сколько продлится апелляция? – поинтересовалась Вики.

– От восемнадцати до двадцати четырех месяцев, – ответила Мэри-Грейс. – И мы никак не можем это ускорить. Это судебный процесс, вот почему для нас сейчас так важно укрепить позиции и получить прибыль по другим делам.

– Что вынуждает нас перейти к другому вопросу, – перехватил инициативу Уэс. – Вердикт резко поменял всю картину. Во-первых, он превзошел самые смелые ожидания, и другие клиенты из Баумора начнут нас осаждать. Каждый захочет прославиться в суде и добиться такого же великого вердикта. Мы должны проявлять терпение, но не можем позволить, чтобы эти люди свели нас с ума. Во-вторых, над Баумором слетаются стервятники. Юристы скоро сами будут бегать наперегонки, соревнуясь за внимание клиентов. Нас ждет полный кавардак. Следует немедленно докладывать нам о любых обращениях сторонних юристов. В-третьих, вердикт слишком сильно давит на «Крейн». И они возьмутся за еще более грязные методы. Они уже наняли людей, чтобы следить за нами. Никому не верьте. Ни с кем не говорите. Ни один документ не должен пропасть из офиса. Все бумаги сразу же отправляйте в шредер. Мы возьмем ночного сторожа, как только сможем себе это позволить. Короче говоря, следите за тем, что происходит вокруг, и за самими собой.

– Весело, – вставила Вики. – Прямо как в кино.

– Вопросы?

– Да, – сказал Расти. – Можно мы с Шерманом снова начнем гоняться за машинами «скорой помощи», чтобы сразу вербовать пострадавших от несчастных случаев в качестве истцов? С начала суда прошло уже, знаете ли, четыре месяца. И мне не хватает драйва.

– А я уже неделю не был в реанимации, – добавил Шерман. – И очень соскучился по звуку сирен.

Было непонятно, шутят они или нет, но получилось смешно, и все рассмеялись. Наконец Мэри-Грейс сказала: