— Ты выдумываешь.

Люсьен усмехнулся. Уже когда они шли на урок, он спросил:

— Так как насчет каникул, ты поедешь или нет?

Финч вздохнула.

— Мне нужно спросить у родителей, но я почти уверена, что они согласятся.

Люсьен притянул ее к себе и крепко поцеловал на глазах у школьников, прогуливавшихся по коридору.

— Пролог к будущим развлечениям, — прошептал он ей на ухо.

— Я думаю, что у Аллана нет никаких шансов.

— Если он до тебя хоть пальцем дотронется, я из него дух вышибу.

Прозвенел звонок, захлопали дверцы шкафчиков. В коридоре раздавались осипшие голоса, окликавшие друг друга. Заместитель директора объявил по системе местного радиовещания о том, что после обеда состоится специальное собрание.

— Нам лучше поспешить, — сказала Финч.

— Миссис Джи сможет провести урок и без нас. — Люсьен не шевельнулся и только крепче обнял ее.

— Я в этом не уверена, — ответила Финч. Она с ужасом поняла, что вот-вот расплачется.

Рождество казалось таким далеким. Финч подумала о том, что если сможет пережить разлуку с Люсьеном, то научиться кататься на лыжах будет для нее парой пустяков. Даже если она поранится. Разве можно сравнивать перелом руки с тоской по любимому?

За два дня до возвращения Лауры и Гектора Финч и Энди решили вычистить дом сверху донизу. Они перебрали весь хлам, скопившийся на заднем дворе, — сапоги с засохшей грязью, мячи, пожеванные собаками, полупустые сумки с землей для цветов — и наполнили несколько больших пакетов для мусора. Они выкупали собак и нацепили ошейник на кудрявую шею Рокки, через пять минут уже бегавшего во дворе. Девочки даже покрасили забор вдоль подъездной аллеи. Когда они все вычистили и вымыли, Финч оглянулась на блестевшие окна и двери, поцарапанный котом диван, накрытый свежевыстиранным покрывалом, и букет ивовых прутиков в банке из-под молока, стоявший на каминной полке, и ощутила невероятное удовлетворение. Этот дом не выглядел так хорошо со дня свадьбы Лауры и Гектора.

В последнюю минуту Анна зашла узнать, не нужна ли помощь. Она выглядела подавленной, и Финч догадалась, что она скучала по Марку. В то же время Анна была решительно настроена начать новую жизнь. И если раньше она всегда казалась подавленной, то сегодня в ней чувствовалась скрытая сила.

Они болтали на крыльце, когда на подъездную аллею въехал «Эксплорер», окутанный облаком пыли. Финч с замиранием сердца смотрела, как вылезали из машины Лаура и Гектор. А где же ребенок? Неужели что-то случилось? Она слышала ужасные истории о парах, которые отправлялись за ребенком с большими надеждами, а возвращались с пустыми руками — из-за беспорядков в странах третьего мира.

Затем Лаура открыла заднюю дверь и, наклонившись, достала что-то с сиденья. Финч увидела только большой сверток, затем из него появилась пара пухленьких коричневых ручонок, которыми малышка размахивала не хуже, чем дирижер оркестра. Лаура заметила это и улыбнулась, после чего направилась по дорожке к дому, ступая так осторожно, словно несла новорожденного младенца, а не шестимесячную круглощекую малышку. Финч вздохнула с облегчением.

Эсперанца оказалась еще более симпатичной, чем на фотографии: круглолицая, с ямочками на щечках и густыми черными волосами, торчавшими, как у панк-рокера. Когда Финч протянула ей руку, малышка на удивление крепко схватила ее указательный палец, воркуя и дрыгая от удовольствия ногами. У Финч затрепетало сердце.

— Хочешь подержать? — Лаура протянула ей ребенка безо всякого беспокойства.

— Она весит целую тонну, — пошутила Финч, чувствуя, что в любую минуту может заплакать.

— Половину из этого весит подгузник. Я не меняла его с самого аэропорта. — Лаура сказала это таким тоном, словно даже сменить подгузник Эсперанце было привилегией.

— Посмотрите на это личико! — Анна пощекотала толстую коричневую ножку девочки, глядя в глаза с невероятно длинными ресницами, которые заворачивались назад и слегка касались бровей. — У Джека появилась соперница.

В этот момент на крыльцо вышла Мод и, увидев, из-за чего была вся суматоха, схватилась за сердце.

— Господи милосердный! — Она взяла девочку из рук Финч и принялась рассматривать ее с головы до ног. Казалось, Эсперанца настолько же очарована Мод, как и та ею.

— Мы отлично поладим, да, душка?

— Она уже ползает? — спросила Анна.

— Она еще не разобралась, как это делать, но уже пытается, — сказала Лаура.

Голубые глаза Мод просияли. Уже много лет она не заботилась о детях — ее сын был в возрасте и имел свою семью, — но она точно знала, что делать, когда Эсперанца начала хныкать. Мод стала ходить туда-сюда и гладить малышку по спине, после чего ребенок немедленно успокоился.

Когда Эсперанца начала клевать носом, Лаура забрала ее у Мод, толкнула дверь, и девочка в изнеможении упала ей на плечо.

— Я вижу, все прошло хорошо, — сказала Анна Гектору.

— Были небольшие проблемы в посольстве, но после все прошло гладко. Со вчерашнего дня у Дяди Сэма есть новая гражданка, — он усмехнулся, обнажая поломанные передние зубы.

— Слава Богу! Я так волновалась. — Анна, очевидно, ожидала наихудшего. Неужели она всю свою жизнь проведет в страхе, думая, что за каждым углом ее поджидают неприятности?