– Интересно, что они замышляют?
– спросил Томми, - что это вообще за место?

– Мне тоже интересно, - сухо сказал Брайан, - но только потому, что так мы бы могли знать, как свалить. И да, ты ведь не думаешь, что у дрона нет микрофона и через него нас нельзя подслушать?

Томми на это ничего не ответил, а сразу замолчал, как будто бы следующей фразой действительно хотел сказать нечто, чего бандитам лучше не слышать. А тем временем из леса вернулись рыжая бандитка и Чесси. Одноклассница Ноэла, как и обещала, вела себя спокойно, поэтому сейчас благополучно вернулась в клетку.

Ему было интересно, что с ними будет дальше. Он тоже начинал хотеть в туалет, да и голод уже начинал давать о себе знать. Однако он побоялся, что рыжая ничего не ответит, и только сделает что-то, от чего их положение здесь ухудшится, поэтому промолчал. А вот Коул не смог сдержаться и даже Джонси его не смущал. Дрон снова зловеще щёлкнул, нацелившись на него.

– Постойте, - крикнул он в след уходящей девушке.

Она молча остановилась и обернулась.

– Я тоже хочу в туалет и вообще, что вы будете с нами делать?

– Мы решим это, а отлить можешь и через решётку, ты ведь не девочка.

Она презрительно ухмыльнулась, положила пистолет в кобуру, висевшую у неё на поясе, и направилась дальше.

– Получил?
– усмехнулся Томми, - в туалет он хочет. Иди просунь писюн между прутьев и ссы. Сложно догадаться?

– Пошёл ты, - сказал Коул свою коронную фразу, которая, равно как и интонации, с которыми он её произносил, уже не воспринималась никем всерьёз, и была скорее смешна.

Однако Ноэлу не хотелось смеяться просто потому что от этого его голова бы пошевелилась, и шишка, которую он приложил к холодному пруту, ударилась бы о него и отозвалась на это болью. Он лишь улыбнулся, но даже от этого ему стало неприятно.

Сам Коул в первый момент нервно сел на землю, но он не врал про то, что ему хотелось испражниться, поэтому спустя две минуты он встал к дальней стенке клетки и сделал это так, как ему рекомендовала Райли. Никто ничего ему не сказал. Даже Ноэл лишь открыл глаза, но голову не повернул.

Однако скучать им довелось недолго. В скором времени появился Вилз, который, вопреки указанию Соломона, употребил порцию чуха. Это была наркотическая смесь, которую нужно было вдыхать через ноздри. Начиналось с не слишком приятного жжения в носу, но потом оно теплом уходило вверх, рассеиваясь по всей голове и принося приятную эйфорию.

В этом состоянии ему казалось, что девушки, сидящие за прутьями, сами его хотят и только жаждут, чтобы он их взял. Тем больше его злило их сопротивление. Иногда он и вовсе себя не контролировал. Как-то раз при грабеже он забил до смерти корабельного доктора, потому что та особенно отчаянно сопротивлялась. В этом случае всё вышло легче, и он по-настоящему насладился. Хотя, будь он в трезвом состоянии, такой секс мог бы доставить ему гораздо меньше приятных ощущений.

Сейчас он был удовлетворён и пока не хотел женского тепла, зато очень хотел поговорить. Соломон ушёл на Акулу, и его не будет долго, так что можно было бы заниматься вообще чем угодно - хоть выпустить кишки всем этим деткам, опрометчиво бросающимся в первый попавшийся коридор в надежде повеселиться. Да, потом бы пришлось объясняться с Солом и даже получить взбучку, но в любом случае - концы в воду и дальше по излюбленной дорожке вольного космического бандита.

Но и простого насилия ему сейчас не хотелось. Хотелось поговорить и узнать, как они здесь вообще оказались, а заодно примерно представить, что ждёт рейдеров в случае, если произошедшее здесь вскоре вскроется.

– Так, с вами мы поговорим поближе к ночи, - сказал он, проходя мимо клетки, в которой сидели девушки, - вы, два скакуна, мне не нравитесь. Кого же мне выбрать из вас?

Он застыл около клетки, в которой сидели Ноэл, Томми и Коул. Хомяк вжался в прутья и смотрел на него.

– Ты, наверное, не отказался бы рассказать мне то, что я хочу знать.

Вилз посмотрел на Коула, который даже побледнел, опасаясь, что разговор это всего лишь предлог, чтобы он относительно покорно дошёл до того места, где его казнят или тоже изнасилуют. Кто знает, что на уме у этих бандитов?

Ему было невдомёк, что его жизнь как таковая не имеет здесь никакой ценности в прямом смысле. Она никому не была нужна. По сути, этим бандитам нет разницы в том, сидит он в клетке или не сидит, мёртв он или жив. Но сам Коул, разумеется, считал свою жизнь ценной и подсознательно рассчитывал, что и все остальные так думают.

– Я не слышу ответа!
– Вилз гаркнул так, что все вздрогнули.

Слюна, которой он брызнул, попала внутрь клетки, но никто даже не шелохнулся. Ни у кого не возникало даже сомнений по поводу того, что этот человек не в себе. Да уж, рыжая, хоть и не являлась образцом гуманности и хорошего отношения, была гораздо лучше этих двоих.

– Смотря что, - сухо сказал Ноэл, вместо онемевшего Хомяка, - мы сами ничего не знаем.

Он едва приоткрыл глаза, но голову от прохладного металла не отрывал. Ему было уже всё равно. Если этот бандит сейчас решит расправиться с ними, никто ему в этом не помешает. С чего бы кому-то из них было не наплевать на них? В сложившейся ситуации даже Краскас, принадлежащий отцу Томми, представляет большую ценность, чем их жизни.