Шрифт:
– Там кто-то есть! – прошептала Нина.
Вот ублюдки!
Стив вскочил с кровати, схватил револьвер и бросился к входной двери прежде, чем жена успела его остановить.
Разумеется, те мексикашки! Кто же еще! Разозлились, что всю работу он сделал своими руками, не стал нанимать ни самих этих мокроспинников, ни их приятелей-нелегалов – и решили ему отплатить! В субботу утром, выйдя заканчивать дальнюю стену пристройки, он обнаружил на полу пустую бутылку из-под текилы, а в углу – недвусмысленного вида лужу. Чертовы латиносы залезли сюда и устроили пьянку!
Черт бы побрал этот дерьмовый район! Вот что значит жить по соседству с цветными…
В субботу Стив дал себе слово: больше такого не повторится. Пусть кто-нибудь только попробует снова забраться в его владения! Сначала он будет стрелять, а потом уже задавать вопросы! А дойдет до суда – скажет, что увидел у них оружие. Хотя вряд ли до этого дойдет. Чем хорош старый добрый Дикий Запад – здесь по-прежнему уважают право собственности. К тебе в дом залезли? Стреляй спокойно – никто и слова дурного не скажет!
Стив прошел через прихожую и остановился у двери, сраженный тревожной мыслью: вдруг там не латиносы-нелегалы, а какой-нибудь мужик с работы? Или того хуже – кто-то, кого Стив уволил? Или кто, поругавшись с ним, сам ушел? Таких немало. Кому, как не Стиву, знать – на неквалифицированную работу идут самые отбросы. Если этих дерьмовых людишек не держать в кулаке, толку от них не будет. Вдруг кто-то затаил на него злобу и решил отомстить? Не так-то легко будет доказать в суде самозащиту, если Стив застрелит знакомого…
Он прислушался. Нина не ошиблась: в пристройке по ту сторону двери определенно кто-то есть. Ходит взад-вперед и сопит – даже отсюда слышно.
Стив снова взглянул на дверь. Выходила она прямо в пристройку, а пристройка пока что была открыта всем ветрам – в сущности, просто деревянный каркас, наполовину покрытый крышей, – так что на двери стояло целых три замка: обычный, задвижка и цепочка. Пока Стив со звоном и звяканьем откроет все три, незваный гость сбежит… Нет, лучше выйти через заднюю дверь, обойти дом и застать мерзавца врасплох.
Он прокрался через прихожую назад. Нина высунулась было из спальни, но Стив сердито замахал на нее.
– Сиди здесь! – прошипел он, торопливо проходя мимо.
Бесшумно отодвинув засов на задней двери, Стив выскользнул в ночную тьму и с револьвером в руке побежал вдоль стены дома. Он уже немного успокоился и решил, что стрелять на поражение не станет – ну его на хрен, проблем не оберешься. Просто возьмет сукина сына на мушку, напугает до усрачки, а потом позвонит копам – пусть дальше они разбираются.
Однако в суде он ему спуску не даст, это уж точно! Хоть шутка, хоть случайность – ему плевать! Нечего шастать по его земле! Это преступление, ясно? И Стив позаботится, чтобы преступник получил по заслугам!
Пробежав вдоль дома, он осторожно выглянул из-за угла.
Мутный свет ущербной луны освещал деревянный каркас пристройки, и внутри его – человеческую фигуру. Крупный коренастый мужчина в старомодной шляпе, вроде тех, какие Хамфри Богарт носил в кино. Стоит у самой двери в дом и, похоже, пытается ее открыть.
Охваченный яростью, Стив бросился через двор к силовому щитку на стене. Сейчас он включит свет, заорет: «Ни с места! Стой, где стоишь!» – и незваный гость обделается, увидев направленный на него револьвер…
Стив повернул рычаг на щитке, и пристройку и двор залили лучи электрического света.
Пристройка была пуста.
III
Жить с Бет оказалось таким наслаждением, какого Хант и вообразить себе не мог.
Откровенно говоря, он боялся с ней съезжаться. Вспоминал последние годы жизни с Эйлин – непрерывные ссоры из-за пустяков, нелепые обвинения, мрачное молчание по целым дням… Однако ничего подобного – как выяснилось, они прекрасно вместе уживаются. Положим, это еще не показатель – с Эйлин поначалу тоже все было хорошо. Но то, что они видятся каждый день и не надоедают друг другу – наоборот, с нетерпением ждут вечера, – обрадовало Ханта и придало ему уверенности. Он тянул с развитием отношений не потому, что не хотел близости – наоборот, хотел, просто боялся все испортить; и теперь, убедившись, что от совместной жизни их отношения только окрепли, с надеждой смотрел в будущее.
Больше всего ему понравилось, что Бет любит и умеет готовить. Конечно, она и раньше угощала его ужинами – но в порядке «приема гостей», с явным желанием произвести впечатление. Теперь же Хант узнал, что Бет готовит каждый день, причем готовит отлично, и подписана на какие-то кулинарные рассылки.
Ханту это пришлось по душе. Эйлин не особенно-то любила возиться на кухне – предпочитала рестораны, полуфабрикаты, в лучшем случае, заказывала тако.
Ханту претила роль этакого традиционного мужа, который вваливается в дом со словами: «Эй, крошка, что у нас на ужин?» – и поначалу было неловко, даже совестно, что Бет каждый вечер для него готовит. Вскоре он понял: готовит она не для него, а для себя. Бет не покорная домохозяйка – она просто делает то, что ей нравится. Что нравится им обоим.