Откуда-то из глубин души поднялось умиротворение и захотелось сесть на бережок, забыв обо всём, творящемся вокруг, и просто любоваться красивым пейзажем.

Однако паладин явно посчитал иначе, запыхавшимся голосом разбив ажурное марево медитации:

– Ты б его хоть в простынку завернула, как римского императора...

Я непонимающе огляделся. И чем ему Чук не угодил? Прочный корпус, антропоморфность, свободно конфигурируемая подвижная броня. Песня, а не дроид! Прямо как у Ладыженского:

О, дивный блеск экзоскелета!

О, чудный гребень теменной!

И внешних ребер блеск стальной

Был колдовскому амулету

Подобен...

И далее по тексту.

Впрочем, сэр Клеймор вопрошающего выражения лица не менял, что намекнуло о необходимости ответа.

– Тут простынок пока того, дефицит.

А и были бы они в наличии, смысл сковывать движения помощнику?

Скол, вынырнув из-за плеча, просто и со вкусом перепилил пополам очередного слаат, утяжелив мой карман на новую энергосферу.

Вообще, глянуть со стороны если - это даже не битва. Банальное избиение. Словно бы тот мозгляк, которого слопали мои саламандры в музее, являлся управляющей шишкой на всю партию вторженцев. Серомордые как чистокровные лемминги пёрли толпами на убой, тупо подставлялись, иногда - ещё и под залпы своих же.

Пока Скол работал за меня, я успел перезарядить револьверы и шарахнул из малыша по ближайшей опоре ракетной турели. Сверчок на удивление быстро перезарядился, но выстрел прошёл впустую - метаморф вновь сработал по площадям, просто из всех стволов разнеся установку на клочья.

– Эй! Это был мой фраг!

– Да забирай хоть все, - отмахнулся Клеймор и тут же втянул голову в плечи: сбоку рвануло, над нами пролетело несколько осколков - всё, что осталось от ещё одной пусковой установки. С тихим стрёкотом из клубов дыма вынырнул спидер и, оставляя за собой чадящий хвост, грузно пропахал несколько десятков метров спёкшейся почвы.

Лаганар выпрыгнул из-под разбитого подобия фонаря и по старой доброй традиции тут же исчез.

– Маньяк бородатый, - проблеял изрядно взбледнувший лицом индеец, вывалившись со своего стрелкового места. Поднявшись, он сделал пару шагов, после чего ноги его заплелись, а глаза неудержимо поползли навстречу друг другу. Согнувшись в поясе, индеец бодро вывернул желудок.

Эх, и зрелище не из самых приятных, и слаат кругом мельтешат...

Сжав в левой руке сверчка, а в правой револьвер, под прикрытием вездесущего Скола я отправился в противоположную метаморфу сторону - ракетные установки стояли полукругом, и отсутствия воздушных целей ни капли не стеснялись, выпуская одну за одной новые порции взрывоопасных летающих сосисок.

Усталость сковывала тело, перетруженные мышцы ныли в голос, пропитанные солёным потом волосы липли к коже и одежде; защитный комбез на удивление хорошо отводил излишки влаги, обильно насыщая рубашку, и без того отяжелевшую от крови слаат, в бесконечном зерг-раше накатывающихся на наши позиции.

Количество тел и ине сильно искушенныхх фрагментов просто не поддавалось ни оценке, ни подсчёту - все ближайшие холмы, подступы к ангарам и пусковым установкам уже давно были усеяны плотным ковром трупов, а серомордые волнами накатывали на нас, разбивались, некоторые отступали, чтобы вновь напасть...

Миа вновь учудила. На относительно безопасном удалении от основного поля боя, под прикрытием чёрных дюн, расцвёл малиново-бордовый бутон энергомагического вихря, пророс над кромкой барханов и медленно закружился. А потом в ту сторону поползли слаатские трупы. Натурально поползли. Не в смысле - перебирая конечностями, а словно насаженные на крюк или багор - оставляя за собой разрытый песок и гравий, десятки тел торжественно утянулись к секрету эльфы. Самым последним, разворотив до того чудом уцелевшее стеклянное озеро, из почвы вывернулся здоровенный костяк клыкасто-зубасто-когтисто-шипастой тварюги и столь же величественно и неторопливо уполз в сторону Миа-Стефании.

Койот выныривал из теней и дыма то тут, то там, и при помощи холодного оружия, лука и такой-то матери (полноценной, и очень громогласной), благополучно выпиливал подвернувшихся под руку телепатов и так же исчезал, чтобы вновь возникнуть из ниоткуда в совсем другом месте.

Употреблять энергосферы с экстрактом жизненной силы слаат я пока не рисковал, всё же настораживала схожесть ощущений от энергии хосков и серомордых, а собственный запас, расфасованный по карманам и чехлам, неумолимо подходил к концу.