Хотя, вспоминая ее поведение, Кит усомнился в верности своих суждений. Жестокая улыбка появилась на его лице, когда он вспомнил ее инстинктивную реакцию на его прикосновение. Получилось хорошо, урок был преподан превосходный. Ему никогда бы не пришло в голову, что благовоспитанная город– екая барышня могла знать такие приемы. Сейбр отметил, что ему не следует недооценивать ее и лучше находиться от этой девицы подальше.

Он взглянул на Турка:

– Ты видел Ролло?

– Нет, последние несколько часов – нет. Наверно, он с Баттонзом. Вы же знаете, как Ролло любит сладости, а у этого хитреца неплохой запас всякой всячины.

Кит рассмеялся:

– Точно, Ролло млеет, когда видит медовые пряники и засахаренные фрукты. Думаю, что увижу его только утром, когда он слопает все и набьет себе живот.

– Вполне логичное заключение, – Турк помешал бренди в бокале и посмотрел на капитана. – Итак, Кит, где вы намереваетесь положить юных дам на ночь? – Поднося напиток к губам, он не отрывал глаз от Сейбра. Корабль мягко швыряло с волны на волну, и фонари покачивались в такт, бросая снопы света на стены и окна.

Кит отрешенно вздохнул: совершенно очевидно, что Турк не успокоится до тех пор, пока не получит ответа:

– Не имею понятия. Тебе интересно это? Нахмурившись, черный, словно смоль, гигант произнес:

– Ваше легкомыслие несколько печалит меня. Нет, я интересуюсь вовсе не тем, на что вы намекаете. Ведь ваше решение может иметь необратимые последствия для дам.

– Или команды?..

Турк приподнял бровь:

– Может, и без всякого ущерба для экипажа. Эти люди привыкли, что их постоянно чего-нибудь лишают.

– Но не человечности же! – сказал Кит и хитро улыбнулся. – Знаешь, оставить наших очаровательных пленниц на палубе было бы большой ошибкой.

Черный великан добродушно усмехнулся и добавил:

– Исключительно огромной. Когда экипаж разберется с ними, то от бедолаг останутся только рожки да ножки, ими даже рыбы не наедятся.

Задумавшись, он на мгновение замолчал, затем продолжил:

– Я думаю, что вы отдали приказ не трогать их.

– Да…

Кит нетерпеливо передернул плечами, уже жалея о своем безумном решении взять женщин на борт. Лучше было бы их оставить на жестокое милосердие Турновера. По крайней мере, смерть несчастных пленниц не легла бы тяжким грузом на его совесть. Чтобы хоть как-то заглушить раздражение, он сделал глоток бренди и произнес:

– Наверно, будет не совсем справедливо попросить Баттонза уступить свою уютную маленькую каюту.

– Да, вы правы, – ответил Турк. Он помедлил немного, затем решился и произнес:

– Вы, кажется, неравнодушны к светловолосой мисс. Вы хотите, чтобы она поселилась в вашей каюте?

Конечно, он хотел этого, но именно по причине догадливости чернокожего великана Сейбр почувствовал еще большее раздражение. Кит вовсе не собирался признаваться в своих намерениях. Со стуком поставив свой бокал на стол, он посмотрел на собеседника:

– Неравнодушен? Так ты, по-моему, сказал, Турк, черт тебя побери?! С чего ты это взял? Пожав плечами, тот спокойно произнес:

– Да потому, что я заметил, как вы обращались с ней на борту несчастного «Испытания». Не многие представительницы слабого пола могут похвастаться таким обращением к ним с вашей стороны.

Кит негромко выругался:

– Проклятый черт! Не многие женщины дают мне коленом в пах при первой встрече!

– Это точно! – гигант улыбнулся. – Когда дело касается прекрасного пола, то у вас есть неоспоримое преимущество. Так вы отрицаете, что хорошенькая англичанка нравится вам?

Сейбр удивленно приподнял бровь:

– По-твоему, я так отчаянно нуждаюсь в женщине?

– Ну, что отчаянно – это может быть, но не в отношении женщины, – сказал Турк, продолжая дегустировать великолепный напиток и внимательно наблюдая за Китом. – А эта леди все же очень красива.

Его собеседник, нахмурившись, уставился в бокал, а затем опорожнил его одним махом. Приятное тепло разлилось по телу и, блаженно улыбнувшись, он поднялся со своего места и произнес:

– На этот раз, мой друг, ты ошибаешься. Я спокойно могу найти очаровательных и, что самое главное, сговорчивых женщин и сказать им, что моя нагота в их распоряжении на всю ночь. А утром следующего дня я найду их в другой постели.

Грудь Турка сотрясалась от едва сдерживаемого смеха:

– Капитан! От экипажа поступит масса предложений. Наверное, вполне приличная кровать все-таки лучше, чем морская пучина. А мерзавец Турновер хотел бросить их. Но, хочу заметить, это его деяние оставило бы вашу совесть чистой…

Кит остановился у дверей. Иногда случалось, что слова Турка совпадали с его потаенными мыслями, – в последнее время это происходило даже слишком часто. Сейбр испытующе посмотрел на него, но невозмутимый взгляд собеседника ничего особенного не выражал. Капитан пинком распахнул дверь и вышел в коридор.