— Мда, — выдохнула она и посмотрела на второго эльран в поисках поддержки, но наткнулась на такой же серьёзный взгляд. — Я не это имела ввиду. Я лишь хотела сказать, что более не нуждаюсь в вашем присутствии и охране.

— Ты — женщина, — выдал эльран.

Рэйс подождала немного, рассчитывая на продолжение, но, видимо, эта фраза должна была ей всё объяснить. Вот только она не поняла.

— Похвально, что к четвёртому дню ты это понял. Но, что из этого?

— Ты — женщина, — повторил он, но в этот раз добавил: — И всегда нуждаешься в охране.

— О как… — обескураженно проговорила она.

Её бы не удивила эта фраза, принадлежи она кому-то другому из эльран. Но Торнг… Он же видел её в деле, знал, что она не беспомощный "цветок", и всё равно вёл себя так высокомерно. Офицер МакВарран с трудом подавила желание немедленно предложить ему спарринг. Да, она не была такой сильной, как Дастин, и не владела в совершенстве техникой боя алидонцев, но, чёрт возьми, она офицер разведки — боец, пусть не сильнейший, но и не худший!

Недовольно поджав губы, девушка не стала развивать ненужную дискуссию и хотела уже побежать к лесу, как, вдруг, перед ней на ступенях, ведущих вниз с террасы, появилась печально известная троица смотрительниц. Ранэис сама неожиданно для себя шарахнулась в сторону, неосознанно принимая боевую позицию. Охранники тут же среагировали на её испуг и угрожающе надвинулись на женщин. Только что не рычали. Но вид и правда был таким грозным, что девушку даже не удивили испуганные вскрики ненавистного трио.

И чувство, противное такое и мелочное, настаивало на том, чтобы отдать приказ охране атаковать этих, но другие чувства — жалость и справедливость — одержали верх в битве, и офицер МакВарран выдохнула:

— Торнг, не нужно. Это смотрительницы Цветника.

— Мы знаем, кто они. Поэтому эти женщины не подойдут к тебе ближе, чем на десять шагов, — грозно ответил он, не спуская с них глаз.

— Это приказ Владыки?

— Да.

— А ты, хотя бы, знаешь, почему был отдан такой приказ? — тихо спросила она, неосознанно задерживая дыхание.

— Я — да, — коротко ответил он, а потом, видимо, решил объясниться: — Я лучший нюхач Владыки, сария. Мне было достаточно войти в твою комнату, чтобы всё понять. И запах чистой эйхи был слышен отчётливо, даже спустя столько дней. Раньше за такое можно было убить! — под конец его невероятно длинной фразы, которую Рэйс когда-либо от него слышала, отчётливо было слышно рычание.

— И сейчас при них опять эйха?

— Нет.

— Тогда пропустите меня, я выслушаю их.

— Нет!

— Но они хотят поговорить со мной. Нам что, кричать? — раздражённо поинтересовалась Рэйс.

Это уже переходило все границы. Она была признательна ему за своеобразную защиту и тревогу о ней, но в данный момент эти перепуганные "попугаи" могли угрожать ей, разве что, головной болью!

— Огонёк, не нужно, — сказала одна из них, глядя на девушку полными печали глазами. — Мы и правда виноваты. Даже больше, чем ты думаешь.

— Что, есть что-то хуже того факта, что вы мне дали выпить стакан концентрированной отравы, прекрасно осознавая, чем это грозит?

— Да… — ответила вторая. — Мы, ведь и раньше…

— Нет, вы правда думаете, что я не знаю про сок, который мне приносили каждый вечер? — фыркнула Рэйс.

— Но зачем же ты пила тогда? — изумилась третья. — Мы, ведь, думали, что…

— Что на меня не действует? — закончила за неё её фразу Ранэис. — Так и было. Единственный эффект, который давал ваш "убойный" коктейль — это продолжительную бодрость. И мне он нравился. До того, как вы решили подсунуть мне концентрат!

— Но мы…

— Не подумали, знаю, — начала сердиться офицер МакВарран.

Несмотря ни на что, она действительно была очень зла на них. То, что ей пришлось из-за них пережить, она бы и врагу не пожелала. И секс с Владыкой в списке ужасов занимал не последнее место. Из-за этого она теперь понятия не имела, как себя вести. По сути, он в самом прямом смысле заявил на неё права, и взбесившаяся метка была тому явным подтверждением, а по факту, он сделал это вынуждено, чтобы её спасти, хоть и не отрицал того, что хотел её. Но в таком случае у неё был бы шанс сопротивляться и ускользать, а эйха не оставила ей выбора. Да и вообще, можно подумать приятно осознавать, что мужчина переспал с ней в первую очередь исключительно из благородства, и только во вторую из-за желания! А она из всего этого помнит всего один раз. Один! Единственный! Раз! Ей просто страшно представить, что она делала и говорила в остальное время между краткосрочными передышками!

И Ранэис даже думать не хотела о другой возможности, к которой, она почему-то была уверена, прибегнул бы любой другой на его месте, — отдать её своим людям. Это спасло бы ей жизнь, не довело бы его до истощения и не принесло бы столько хлопот. Чёрт, да она сама бы так поступила по отношению к постороннему человеку. Не так жестоко, конечно, но похоже, просто предоставив медицинским андроидам решить данную проблему. Хотя, нет, она бы просто нашла бы противоядие, но сам факт. А он… Рэйс покачала головой, отгоняя от себя совершенно ненужное ей чувство, значительно превышающее благодарность и признательность. С этой нежностью становится всё труднее бороться.