– Всё с вами ясно, – вздохнул Рид, – одни лишь юбки на уме, полезайте уже в машину.

Парень в рокерской футболке сел назад, и у Билла появилась возможность разглядеть его получше. На полицейского не похож. Ни капельки. Скорее, на бандита. Голова с одной стороны бритая, в ушах – здоровенные туннели, в каждый можно просунуть два пальца, а то и три…

Парень в полосатом джемпере занял переднее сидение.

– Ну, может, вы хоть что-нибудь мне скажете? – повторил попытку Билл, – куда мы едем, зачем?

– Ишь какой шустрый, – заметил с добрым смешком парень с туннелями в ушах, – только прочухался, а уже задаёт вопросы!

– Это не так плохо, – прокомментировал Рид, выруливая на оживлённую магистраль, – бывают ситуации, когда времени на то, чтобы, как ты изволил выразиться, «прочухаться» как следует, совсем мало или вовсе нет.

– Ну, так вы мне ответите!? – не унимался Билл.

– А если это, предположим, секретная информация? – голос Рида прозвучал строго.

– То не от меня, – заявил Билл с уверенностью, вызывающей улыбку, – Я прочёл очень много книг о магии, и с детства мечтал либо опровергнуть все слухи о существовании колдунов, либо убедиться в их истинности лично. Думаете, я не догадываюсь, что мне пришлось столкнуться с настоящей ведьмой? – Биллу отчётливо вспомнился разговор, подслушанный в тот день, когда он получил в подарок свою ненужную монетку, – Так значит вы не полицейские! – просиял он, – вы, часом, не те ребята, кого называют «серыми»? Я слышал это слово от одного старика, довольно странный тип, скажу вам, он так смотрел, аж внутри становилось холодно, а потом дал мне вот что, – Билл решил: уж если монетка старика должна когда-нибудь сыграть роль в его судьбе, то сейчас именно тот момент, он извлёк её из кармана джинсовки и подбросил на ладони.

– Офигеть… – шёпотом пробормотал парень с туннелями в ушах.

Парень в джемпере круто повернулся на сидении и уставился на Билла круглыми глазами. Капитан Рид подозрительно глянул в зеркало заднего вида.

– Он тоже колдун!.. А мы-то, дураки, решили, что это нападение… Они вместе всё устроили и надо было его в тот же фургон сажать… – приглушённо затараторил парень в джемпере, придвинувшись к Риду.

– Панику прекратить, – спокойно сказал Рид, тоже негромко, и снова бросил настороженный взгляд в зеркало, – доедем до офиса, разберёмся.

9

За столом напротив Билла сидела пожилая, но, тем не менее, очень красивая женщина с густыми полностью поседевшими уже волосами, убранными в венцеобразную косу вокруг головы. Она смотрела на юношу вполне доброжелательно. Молодой сотрудник принёс поднос с кофе, сливками, сахаром в маленьких пакетиках и бесшумно поставил его на край стола. Густой аромат напитка быстро распространился по комнате.

– Так сколько тебе лет, – спросила она, – только отвечай, пожалуйста, честно, кроме нас двоих никто ничего не узнает, вся информация останется в этих стенах, таковы правила сбора показаний во всех наших отделениях.

– Вы не будете звонить моим родителям? – осторожно поинтересовался Билл.

Пожилая женщина снисходительно улыбнулась.

– Нет.

– И не сообщите в пансион, где я учился?

– Нет. Не переживай. Если ты всё хорошо расскажешь, то твоя жизнь вообще никак не поменяется, ты вернёшься обратно и будешь заниматься тем же, чем и занимался. Ты, вероятно, даже ничего не вспомнишь. Всё произошедшее здесь будет казаться тебе сном…

Последняя фраза женщины показалась Биллу немного жуткой. Несмотря на приятную обстановку и вполне деликатное обращение – вежливые слова, журналы для ожидающих, бесплатный кофе – он чувствовал себя крайне неуютно. Недоговорённость, присутствующая в каждой реплике любого, с кем Билл здесь пытался общаться, прямо-таки ощутимая таинственность, пугала его. «Где я? Кто все эти люди?» Однако, времени на размышление не было. Ему задавали вопросы, и следовало отвечать. Не приведи лихая, ещё пытать начнут или напичкают какими-нибудь «таблетками правды».

– Меня зовут Билл Крайст, мне пятнадцать лет… – он резко умолк, будто споткнулся обо что-то в воздухе, и тут же поправился, – почти пятнадцать, у меня день рождения через две недели…

– Замечал ли ты какие-нибудь странности за собой, ну, может, в твоём присутствии мигают лампочки или выходит из строя микроволновка? – невозмутимо продолжала женщина.

– Нет.

– Тебе не говорили твои знакомые, что ты иногда вызываешь у них неадекватные реакции, к примеру, спонтанные приступы ненависти, или напротив – нежности?

– Да нет, вроде…

– Дай мне руки, – сказала женщина, извлекая из ящика стола широкие сверкающие наручники, Билл послушно, хоть и с некоторой опаской выполнил просьбу.

Женщина закрепила на его запястьях до щелчка прохладные тяжёлые браслеты и повернула на маленьком пульте какое-то реле.

– Чувствуешь что-нибудь? – спросила она через некоторое время, – Головокружение? Тошноту?

Билл помотал головой. Он не ощущал ровным счётом ничего, разве только от металла на руках было холодно и немного нервно. «Что тут, черт возьми, происходит?»

– А так? – спросила женщина, ещё чуть-чуть повернув реле, – Что-нибудь изменилось?

Билл снова мотнул головой.

– Хорошо, – высвободив из наручников хрупкие запястья юноши с голубоватым узором вен, женщина внимательно оглядела их, – Не чешется?

– Нет.

Потом женщина попросила Билла ещё раз подробно пересказать, каким именно образом он получил в подарок от старика таинственную монетку, которая, робко поблескивая в бледном оконном свете, лежала перед нею на столе. Рядом была лупа, несколько неизвестных растворов в плоских цилиндрических ёмкостях с крышками, пинцет.