– Я думаю, тебе стоит взглянуть в зеркальце. Ты немного испачкалась…

Нетта захихикала. Кирочка почувствовала прилив краски к своим щекам.

– Спасибо, – пробормотала она растерянно и, резко поднявшись из-за стола, направилась в дамскую комнату, находившуюся в другом конце зала.

Пока Кирочка стояла в очереди – ох уж эти дешёвые студенческие кафе! – из-за центральной колонны ей не было видно, что происходит за столиком.

– Девушка, у вас весь нос в креме, – заботливо сообщила Кирочке стоящая перед нею дама.

«О, Господи…» – подумала она. «Какой позор… Ну, дура… Не стоило набрасываться на эти пирожные… Нетта, вот, она умная… Сидит, ручки сложив, да жеманно хихикает… Именно так и следует, должно быть, вести себя на свиданиях… Нос в креме… Надо же! Наверное, выгляжу я ужасно смешно».

Пробившись к зеркалу, Кирочка оценила масштабы трагедии. Как любая молоденькая девушка на первом свидании, она, конечно, преувеличивала, но в её размышлениях, несомненно, присутствовало рациональное зерно. Вряд ли молодой человек сможет после этого досадного промаха смотреть на неё, так комично спустившую себя в его глазах с небес на землю, с прежним поэтическим или рыцарским восхищением… Умывшись, Кирочка как следует высушила лицо бумажным полотенцем, в сотый раз поправила шейный платок, и, немного приободрившись, направилась в зал.

Вернувшись, она застала весьма интересную картину. Как будто невзначай Нетта придвинулась ближе к молодому человеку, и они сидели теперь, почти соприкасаясь плечами. Он оживлённо говорил, вычерчивая пальцем на столе какую-то схему. Девчонка похихикивала и кокетливо косила глазами.

Кирочке стало грустно. Дело было вовсе не в этом юноше. Он не особенно ей нравился. Её поставило в тупик поведение подруги. Отойдя немного назад, к колонне, она некоторое время отстраенно наблюдала за происходящим. За те недолгие минуты, что Кирочка отсутствовала, Нетта каким-то непостижимым образом умудрилась очаровать молодого человека, и он уже, казалось, даже не помнил о том, что первоначально приглашал на свидание другую девушку… «Вот это я понимаю… Магия в действии…» – размышляла Кирочка, обречённо припав спиной к колонне и обиженно сопя носом. – «Ведьма. Подлая ведьма! Всё вышло потому, что она его околдовала… И я сама никогда так не смогу. Мне это попросту не дано… Вот бы обладать такой властью над мужчинами…»

Стоя у колонны, Кирочка смотрела на подругу как бы со стороны, выхватывая взглядом разные мимолётные подробности, качание волос, блеск знакомых стареньких часов на руке; и вдруг ей с невероятной ясностью представилось, что она видит эту рыженькую круглолицую простушку впервые и их никогда ничто не связывало. Ощущение пришлось Кирочке по вкусу. «Ненавижу… Вот бы вообще забыть, что она есть на свете. И никогда не вспоминать…» – подумала девушка с каким-то злобным восторгом.

Делая вид, что ничего не произошло, Кирочка вернулась за столик. Нетта и молодой человек продолжали болтать и смеяться чему-то так, как будто вовсе не замечали её присутствия.

Скучая, Кира взяла маленькую, с двумя зубцами, вилочку и принялась за последний сиротливо стоящий в сторонке десерт – шоколадный мусс со сливками и компотной вишенкой наверху. Что ещё делать? Если никто всё равно не обращает на неё внимания, почему бы не подкрепиться?

– Ну что, осилишь? – насмешливо спросила Нетта, неожиданно повернувшись к ней. Юноша улыбнулся.

Видимо, они оба уже находили её забавной.

Кирочка почувствовала, что краснеет от ярости и унижения. Это уже никак невозможно было стерпеть. Она поднялась, взяла свою сумочку и, никому не сказав ни слова, направилась к выходу из кафе. Проходя между столиками, она старалась идти медленно, прямо, высоко держа голову – сохранять достоинство.

Но, едва оказавшись на улице, она побежала. Кирочка с детства привыкла превращать избыток чувств в движение. Бег всегда помогал ей успокоиться.

Она бежала, не видя ничего, кроме серой ленты асфальта под ногами, неслась как в детстве, сердито ударяя подошвами землю, не глядя вперёд.

– Ну, ведьма! Вот увидишь ещё у меня! Коротышка! Уродина! Посмотрим! Я покажу тебе! Стану такой красавицей, что тебе и не снилось! Мужчины с одного взгляда будут влюбляться в меня! – Кирочка брала дыхание, как в хоре, и продолжала свой монолог ненависти, – А тебя, шкура, я сдам охотникам! Теперь, клянусь, я найду их, даже если их в природе не существует! Я сама стану одной из них! Я хочу охотиться на ведьм, я хочу всех их перебить, чтобы ни одной не осталось! Ни единой…! Я ненавижу ведьм!

Повторяя это, как мантру, она бежала и бежала, прохожие глядели озадаченно, некоторые оборачивались; те, кого она задевала, бранились. Кирочка неслась без оглядки, марая пятнами злости нежную ткань весеннего дня, она спасалась от боли бегством, она страдала как в детстве, когда её махом лишили и леденца, и веры в людей, она мстила, отпуская в тонкое пространство Вселенной свои страшные слова…

И вдруг…

Кирочка с размаху влетела прямо в объятия к высокому молодому человеку в распахнутом чёрном плаще. Он видимо, не успел посторониться.

– Смотреть надо, куда идёте, – прошипела она, раздраженно и торопливо отстраняясь.

– Мне смотреть? – раздался приятный и ничуть не рассерженный голос, – по-моему это вы неслись как на таран.

– Почему это на таран? – спросила она сварливо; Кирочка была огорчена происшествием с Неттой, раздосадована нелепым столкновением, и ей хотелось выпустить пар. Наверняка ведь она видит этого синеглазого парня в первый и последний раз.

– Потому что вы тяжёлая и большая, – скаля сахарно-белые зубы в обескураживающей улыбке, объяснил незнакомец.