Объяснение девушки, похоже, рассмешило дракона. Из его губ вырвался искренний смех, который нисколько не оскорбил Люси. Скорее, успокоил, хоть она и не до конца понимала его причину.

Наконец, дракон замолк. В глазах его плясали смешинки, когда он с мягкой усмешкой проговорил:

— Я оскорбил вас своим видом, миледи?

Люси, удивленная вопросом, все же отрицательно мотнула головой.

— Вам не понравилось то, что вы увидели?

Девушка вновь вспыхнула, но дракон, кажется, и не ждал ответа.

— Я видел вас и знал, что я делаю. Мое перевоплощение было делом моим сугубо личным. В этом нет ни капли вашей вины, — беззаботно проговорил он, повертев на кончиках стальных когтей небольшую бирюзовую невиноградинку.

— И все же я прошу принять мои извинения.

— Что ж, если вам будет так легче… — дракон широко улыбнулся. — Принимаю.

Повисла тишина.

Люси, любопытство которой пересилило стыд, внимательно начала разглядывать дракона, в то время как юноша, удобно разместившийся на одном своем крыле, продолжал трапезу.

Мысли роем толпились в ее голове. Почему это зеркало было спрятано от посторонних глаз? Кем был этот дракон, и отчего ей казалось, будто она что-то упускала.

— Извините, — прошептала девушка спустя некоторое время. Дракон поедал остатки мяса, выпуская изо рта небольшую струйку огня, подогревая его. — Но почему вы назвали меня «миледи»? Мне не довелось представиться.

Дракон вновь усмехнулся, переведя на нее взгляд.

— Ты ведь дочь Лейлы, не так ли?

— Вы знали мою матушку? — удивленно спросила Люси.

Дракон спокойно кивнул, вернув все свое внимание чуть подгоревшему мясу.

— Да, был. И с Аннабет, когда она еще девушкой впервые приехала в это поместье. Женщины из вашего рода очень похожи друг на друга. Ты так практически полная копия матери.

С этими словами он подарил ей легкую улыбку.

Люси обескураженно приоткрыла рот. Дракон выглядел юным, и слова о молодости ее бабушки никак не вязались с его юношеской улыбкой.

— Как это возможно? — наконец, спросила она. — Моей бабушке больше пятидесяти лет, а вам…

— А мне пятьдесят четыре, — закончил за нее дракон. — Время в нашем мире течет по-другому, миледи. И мы воспринимаем его по-другому. Жизнь дракона длинна. Для нас пятьдесят лет – миг, в то время как для вас — целая жизнь, — Люси показалось, будто в словах дракона отзвуком была слышна грусть. — Я был знаком с Аннабет и Лейлой, когда она еще была юным созданием, желавшим поиграть в прятки. Я же видел ее быстрое взросление, в то время как все еще оставался ребенком. По человеческим меркам мне пятьдесят четыре. По драконьим – мне едва ли исполнилось двадцать.

Мысленно Люси укорила себя. Она знала об этой особенности их миров, но внезапное знакомство с этим драконом выбило почву из-под ног.

— Кстати, — дракон широко улыбнулся, медленно встав со своего места и подойдя к зеркалу практически вплотную. На одно мгновение Люси показалось, будто не было никакого зеркала. Столь большим оно было. — Меня зовут Нацу. Очень приятно, миледи.

Люси с удивлением поняла, что они так и не представились друг другу, и краска вновь заиграла на ее щеках. Встав с пуфа, девушка сделала легкий реверанс, подняв голову.

— Меня зовут Люси Хартфилия. Я дочь графа Хартфилия и его покойной жены Лейлы.

Нацу сделал легкий жест гибким хвостом, который означал приветствие среди драконов, и Люси вновь присела на пуф. Юноша грузно плюхнулся на пол, скрестив ноги, и сейчас, когда их глаза были практически на одном уровне, зеркало, казалось, исчезло. Настолько близким и реальным казался этот дракон.

— Давно я не видел этих стен, — прошептал Нацу, внимательным взглядом осмотрев чердак. — Здесь многое изменилось.