Шрифт:
Ноник резко вырвался. Страх наполнил его лицо, его мозг наполнило лицо девушки. Он закричал и снова побежал вперед. Он бежал все дальше, в скалы.
Эркор повернулся и пошел обратно.
— Опять один! — закричал он.
ЭПИЛОГ
Пчелы… карбункул… серебро… Джон вздохнул резкость озона. Алтер схватила его за руку, глядя на белый песок. От внезапной смены гравитации Джон уронил бумаги, но Алтер помогла ему собрать их. Они посмотрели на город.
Дым падает серебряной чешуей на остов королевского дворца Торона. Остатки башен вжались в небо. Люди еще суетятся на улицах, но большая часть их уже идет к побережью.
Джон обнял Алтер за плечи и пошел по песку. Свет проходил сквозь их тела. Они шли как бы окруженные стеклом.
— Они принесли историю…
— Объединенную теорию поля…
— Стихи…
Делегаты в городе задавали множество вопросов.
— Они пришли?
— Мы победим в войне?
— Где Лорд Пламени?
И Тройное Существо ответило:
— Войны не будет!
Джон и Алтер остановились у края города и прислушались.
— Лорд Пламени, — продолжало Тройное Существо, — наблюдал достаточно и понял, что война бесполезна, и если она произойдет, то сметет обе стороны.
— Мы должны были бы уничтожить друг друга? — спросил Джон.
— Сначала мы уничтожили бы себя. — Ответило Тройное Существо.
— Себя? — спросила Алтер. — Но как?
— Когда вред переходит определенную границу, жизнь не может существовать. Желание такого разрушения, как война, и есть такой вред. И если вред так велик, саморазрушение может стать необходимостью. Самоубийство — это клапан, чтобы болезнь сама избавилась от себя.
Джон и Алтер подошли к городу и увидели перед собой…
…каменистую равнину, где лежал Вал Ноник с ввалившимися, почерневшими глазами, раздувавшимся лицом. За ним на горизонте был силуэт Тилфара, и пока они смотрели, силуэт вдруг вспыхнул пламенем, и клубы дыма поднялись из падающих башен:
И Тройное Существо сказало:
— И такое случается всюду во вселенной!
— Что именно? — спросил Джон.
— То, что привело Ноника к самоубийству, заставило компьютер покончить со своим существованием с помощью бомб. Рану, наконец, прижгли, и вы можете теперь идти домой и попытаться залечить ее.
— А Лорд Пламени?
— Последний случайный фактор был замечен и поставлен на место. — Тройное Существо засмеялось. — Вы сказали бы, что Лорд Пламени осознал, что при всем своем отличии от нас, он все-таки родственен нам, и что у него тоже есть выход в смерти, и признал сходство. Теперь он пойдет на новые поиски, и здесь войны не будет.
— Значит, мы можем идти по домам? — спросили все делегаты.
— Достигнуть звезд… — прошептал Джон.
Алтер улыбнулась ему.
Перед ними был Город Тысячи Солнц на краю озера, и пока они на него смотрели, могла бы появиться семья Лога, и усталые Кли с Катамом. Могли бы прийти старики — Рэра и Кошер, и высокая фигура Эркора, может быть, подойдет к низкому дому с одной стороны, а лесная женщина тоже с тремя рубцами на щеке, подойдет с другой, и музыка их мозгов, уже соприкасавшихся, сольется в двойном звуке их имен — Эркор и Ларта…
Свободные строить или разрушать, Джон и Алтер приближались к городу Тысячи Солнц в голубом дыме, который внезапно пронзит свет, упавший с сети серебряного огня… Красный свет полированного карбункула… зелень пчелиных крыльев…
НОВА
ГЛАВА ПЕРВАЯ
СОЗВЕЗДИЕ ДРАКОНА, ТРИТОН, ГЕЕННА-3, 3172 г.
— Эй, Мышонок! Сыграй-ка что-нибудь, — крикнул от стойки один из стоявших там механиков.
— Так и не взяли ни на один корабль? — поинтересовался другой. — Твой спинной контакт того и гляди заржавеет. Иди, выдай номер!
Мышонок перестал барабанить пальцами по краешку стакана. Собираясь сказать «нет», он сказал «ладно». И вдруг он нахмурился.
Взгляды механиков тоже стали недовольными.
Это был старый человек.
Это был крепкий человек.
Руки Мышонка ухватились за край стола. Человек качнулся вперед. Его бедро шаркнуло по стойке. Носок ноги зацепил ножку стула, и тот отлетел в сторону.
Старый. Крепкий. И третье, что заметил Мышонок — слепой.
Он покачивался перед столом Мышонка. Его рука поднялась и желтые ногти коснулись щеки парнишки (паучья лапа?).
— Эй, парень…
Мышонок вглядывался в его глаза за тяжелыми, мигающими веками.
— Эй, парень! Ты знаешь, как это выглядит?
— Должен быть слепым, — подумал Мышонок. — Ходит как слепой. Голова вытянута вперед. А его глаза…
Человек опустил руку, нащупал стул и пододвинул его к себе. Стул скрипнул, когда он с размаху опустился на сидение.