Шрифт:
— Папа! Папа! — не смогла удержать радости, бросилась отцу на шею, повисла, едва не свалив его с ног, расцеловала. — Как хорошо, что ты приехал!
— Куда бы я делся, — смущенно пробормотал, явно не ожидавший столь бурного восторга, Василий Петрович. — Нужно же посмотреть, как вы здесь устроились. Партизаны… — добавил немного спустя и, вслед за дочерью и зятем, переступил порог их новых владений.
Глава четвертая
— Хоромы, конечно, не царские, но жить можно. Рад за вас, — огласил свой вердикт Василий Петрович, обойдя усадьбу и тщательно все осмотрев.
Во время экскурсии он остановился возле трещины на задней стене, рассматривал ее, тыкал в нее пальцем, но оставил замечания при себе. Потом долго что-то прикидывал, делал заметки в блокноте и, опять-таки, делиться своими соображениями не спешил.
— Значит, так, детки, — сказал, когда сели за стол, и Юля налила всем кофе, — есть два варианта развития дальнейших событий. Первый — вы бросаете гиблое дело, я вам покупаю квартиру в городе, и вы живете в радости и согласии, как все нормальные люди.
Игорь приуныл, Юля тоже…
— Мне здесь нравится, — сказала голосом капризного ребенка и хоть пыталась при этом изобразить улыбку, получилась она кислая, больше похожая на гримасу. Казалось, она вот-вот расплачется, не понарошку, всерьез.
— Ну, зачем, так трагически, — увидев состояние дочери, поспешил добавить Василий Петрович. — Никто у вас эту хибару отнимать не собирается. Пусть остается, будете приезжать отдыхать летом, как на дачу, в выходные…
— И совсем забудем о любимых тесте с тещей, — заметил Игорь, — так, как их навещать нам станет некогда…
— Хм… — ухмыльнулся тесть. — Об этом я и не подумал. Он весело подмигнул совсем пригорюнившейся дочери. — Ладно, хитрецы, убедили. Забудем о первом варианте и перейдем к обсуждению второго. В конце то концов, я обязан уважать ваш выбор и свою волю навязывать не собираюсь.
Он отхлебнул кофе, скривился.
— Фу, ну и гадость! Как вы эту бурду пьете. Юлечка, а чего-то более существенного для папы не найдется?
— Но ведь ты — за рулем.
— А… — махнул рукой Василий Петрович, сколько тут той дороги.
— Сорок километров, из них тридцать по трассе, а там пост ГАИ, — информировал Игорь.
— Настоящие герои всегда идут в обход… — процитировал слова детской песенки тесть. — Игорь, можно, конечно и через Сибирь добираться, тогда еще дольше будет. Тут если проселками, и двадцати километров не наберется.
Игорь удивился, но прикинув, сообразил, что тесть не далек от истины.
— Есть «Кагор», — сказала Юля…
— Ну, у вас и вкусы, — возмутился Василий Петрович. — Тогда уж лучше чайку мне завари.
— Я могу в магазин сгонять, здесь — рядом.
— Сиди, — тесть придержал Игоря, готового сорваться с места. — Уж как-нибудь сегодня перебьюсь. Значит, так, перво-наперво — поправить стену. Я смотрел, ничего сложного нет. Стена прочная, еще лет сто простоит и пока не протекает. Залатаем рубероидом, набьем сетку, положим штукатурку, будет, как новенька. Второе — забор. В такой глуши самое главное — безопасность. А, учитывая, что речь идет о моей родной и единственной дочери, вопрос приобретает архиважное значение. Штакетник со стороны улицы поправим, он еще свое послужит, а вот по границе участка, нужно подумать. Тем более что близких соседей у вас, как я понял, нет.
— Да, только через три дома дед со старухой живут.
— То-то же. Лучший и самый быстрый вариант — железные уголки и сетка рабица.
— Не потянем. Я подсчитывал, чтобы огородить весь периметр только на материал больше тысячи долларов нужно.
— Не нужно. Все у меня есть. Я собирался новый свинарник строить, но пока обойдусь. Дальше — отопление. Юля намекала что-то насчет электрической автономки. Сразу говорю — не советую. В таких местах, если пропадет свет, его неделями чинят. Околеете зимой сразу.
— Что же делать? У нас даже плита не работает. Игорь вчера пробовал зажечь, мы чуть от дыма не задохнулись.
— Не волнуйся, — успокоил дочь Василий Петрович. — Есть вариант. Сделаем нормальное паровое отопление. Будете углем топить и жить, как в Африке. Тоже для свинарника приобрел, но придется вам отдать.
— И будем мы жить почти, как свиньи… — улыбнулась Юля. Ее недавнее плохое настроение, как водой смыло.
— Помолчи, — притворно рассердился отец.
— Папа, а можно воду провести и удобства кое-какие…