— И об этом подумал. Вот здесь, — он показал рукой на пятачок, где они праздновали новоселье, — сделаем пристройку. Из шлакоблока, внутри обделаем вагонкой, поставим ванную, унитаз, рукомойник. Словом, как у людей… — парировал выпад дочери насчет свиней. — Бойлер лучше, конечно, электрический. Тут, уж если электричество пропадет, потерпеть можно. Тебе, Игорь, сразу задачу поставлю. Здесь, по периметру, яму для фундамента. Неглубоко, сантиметров тридцать-сорок… Дальше, — он поднялся, взял зятя под руку и повел к забору. Тут работы больше: в глубину метра два и где-то по полтора в ширину и длину. Справишься?

— Наверное, — неуверенно пробормотал Игорь.

— В общем, сколько успеешь. — Шанцевый инструмент имеется?

Игорь сдвинул плечами.

— Ладно, что-то придумаем. Тогда, вот что, — он достал из кармана бумажник, вытащил из него толстую пачку купюр. — Позаботься о сантехнике. Здесь должно хватить. Только не оттягивай надолго. Ковать железо, нужно не отходя от кассы.

— Завтра займусь, — пообещал Игорь. У него и мысли не было отказываться от денег. Ведь все делалось от чистого сердца. К тому же, Василий Петрович беспокоился о собственной дочери и его, Игоря, мнение никого не интересовало.

Василий Петрович не поленился, по приставной лестнице взобрался на чердак.

— Крыша еще нормальная, — сказал, — годик продержится. Потом, если доживем, конечно, обложим стены кирпичом и подновим. А пока и так сойдет.

Отряхнулся от пыли, смахнул прицепившуюся к волосам паутину. Подошел к флигелю, подергал замок. Зачем-то осмотрел закрытые ставнями окна.

— Что там, еще не смотрели?

— Не успели.

— Плохо строили. Полтора кирпича, если зима — промерзнет в два счета. Там — теплее, — показал на дом. Да, — словно вспомнил о чем-то, — а как насчет грызунов?

Игорь сдвинул плечами.

— Если и нет, будут, — заверил Василий Петрович, — Парочку котов завести не помешает.

— Юля будет рада, она любит животных.

— Ну, и собаку в обязательном порядке. В сельской местности собака — главный сторож.

От обилия информации в Игоря голова пошла кругом. Тесть еще походил по усадьбе, но больше никаких заданий не давал. Затем попрощался, пожелал им счастья на новом месте и укатил. В другую сторону, противоположную той, откуда они приехали. Искать более короткий путь, как понял Игорь.

Энтузиазм тестя передался Игорю в полной мере. Им овладела жажда действовать и действовать незамедлительно.

В город за сантехникой ехать было поздно, это он сделает завтра. Но вот траншеи вырыть — с удовольствием.

Если бы раньше кто-то сказал, что у него вдруг проснется острое желание заняться земляными работами, никогда бы не поверил. Но так устроен человек. Если без принуждения и для себя, даже самая грязная работа может доставить удовольствие.

В поисках лопаты, он облазил весь участок, взобрался на чердак во флигеле, наглотался пыли, перерывая всякий хлам. Как и тесть, раньше, подергал замок флигеля. Даже постучал по нему найденным обломком кирпича. Отсыревший кирпич раскрошился, а замок так и остался на своем месте.

Рыская в густых зарослях сорняка, Игорь неожиданно наткнулся еще на одно строение, раньше незамеченное. Погреб, выложенный из красного кирпича, невысокое строение, под углом уходящее в землю. На двери тоже висел замок, не такой массивный, как во флигеле, но, все равно, не открывающийся.

«Нужно будет ключи поискать, вдруг висят где-то на гвоздике, а я мучаюсь», — мелькнула здравая мысль.

Желанный шанцевый инструмент отыскался в полуразрушенной деревянной пристройке на границе участка. Штыковая и совковая лопаты, а также лом и двое вил.

Дверь в пристройку была закрыта на обыкновенный крючок, но она настолько отсырела и разбухла, что Игорю с трудом удалось приотворить ее на несколько сантиметров. Когда щель оказалась достаточной, он с трудом протиснулся в нее, но поначалу, кроме щелей, в которые проникал дневной свет, ничего разглядеть не мог. Потом, когда зрение приспособилось к полумраку, увидел слежавшуюся кучу угля и искомый инструмент.

Лопаты были ржавые с почти черными от долгого простоя деревянными ручками. Только выбирать не приходилось. Завтра в городе, приобретет новый инструмент.

Он выбросил лопаты и лом на улицу и долго чихал от забившей ноздри пыли.

Ковырять слежавшуюся в камень землю тупым инструментом оказалось трудным занятием. Даже вчерашний дождь почти не размягчил ее. Но, зараженный вирусом деятельности, Игорь с каким-то тупым упрямством долбил ее ломиком и выбрасывал лопатой наверх. Болели руки, ныла спина, едкий пот заливал глаза, однако, он старался не обращать внимания на такие мелочи. Отвлекся от работы лишь, когда Юля позвала ужинать.

С удивлением увидел, что сгустились сумерки и приближается ночь. Новым взглядом очнувшегося от забытья человека посмотрел на проделанную работу и остался доволен собой. Две ровные канавки со сторонами около двух с половиной метров примыкали к стене дома и к веранде.