Мужчины остались внизу.

– Воды? – предложил Брайс.

– Не откажусь, - согласился Рональд, усмиряя гнев, и сел в мягкое кресло в гостиной. – Я должен извиниться за все это. Женские капризы, сами понимаете.

Росс посмотрел на Альфа-вожака:

– Почему она не была на сходе, она ведь подходит по возрасту?

Рональд с благодарностью принял стакан воды от Брайса и устало вздохнул:

– Все сложно, когда дело касается этой девчонки, - он отхлебнул из своего стакана.

Росс отрицательно покачал головой, когда Брайс предложил воды и ему, и снова посмотрел на Рональда в ожидании продолжения. Тот откинулся в кресле и сказал:

– Эйлин и Дарина не родились в нашей стае. Они примкнули к нам, когда были уже взрослыми: Дарине было восемнадцать, а Эйлин двадцать три. Их родители и старший брат погибли в пожаре за три года до этого. Когда я спросил у Эйлин, почему они не остались в своей стае, она только покачала головой и сказала, что они не могли там оставаться. Все эти три года они скитались, переезжали из города в город, жили среди людей, а потом случайно забрели на нашу территорию, и я предложил им вступить в нашу стаю. Они остались и обосновались здесь. Первое время девушки были нелюдимы, как будто боялись нас, волков. Но потом члены клана завоевали их доверие, а я полюбил их как дочерей. А в девятнадцать Дарина пришла ко мне и попросилась в колледж, я ей отказал, сказав, что место волчицы в её стае, а она ответила, что из-за того, что не обращается, не подпадает под категорию «волчицы». Что ей ненавистны жалостливые взгляды и слова сочувствия, потому что она не полноценна. Что она хочет кем-то стать, чего-то достичь в жизни. В общем, я уступил уговорам, и она уехала, поступила в колледж и провела там три года. Она не знает, как быть волком, слишком много времени провела среди людей, и гены не помогают ей в этом. И теперь я виню себя, что уступил тогда, а сейчас мне придется принудить её к браку с вами. Я не хочу вас обидеть, вы хороший волк, я наслышан о вас. Но девочка… Она просто не знает, как быть самкой, как подчиняться своему мужчине, как быть в паре.

Росс выслушал Рональда и ответил на его тревоги:

– Она моя истинная пара, я буду терпелив с ней. Буду заботиться и всему её научу. Я никогда не обижу свою пару.

Рональд только кивнул в ответ и снова отпил виски.

Росс посмотрел на лестницу, вспоминая, как увидел её. С каждым шагом, что они подходили к дому, его нетерпение росло, а когда они подошли совсем близко, и он начал ощущать её аромат, мужчина еле сдерживался, чтобы не бежать. Она была рядом, совсем близко и пахла великолепно. Они вошли в дом, и он услышал её голос, чуть грубоватый, но от этого не менее прекрасный. Она говорила какие-то глупости об осмотре и зубах, но он не вникал в смысл её слов, он наслаждался звуками её голоса.

А потом появилась она сама и замерла на верхней ступеньке. Невысокая, с красивой женственной фигурой, которую обтягивали черные лосины и зеленая майка; длинные каштановые волосы, чуть влажные после мытья, они спускались по плечам небрежными волнами, светлая кожа и открытое лицо с чувственной линией губ, чуть вздернутым носиком и синими глазами, которые смотрели в легком удивлении. Она была прекрасна, или это её аромат делал девушку такой в его глазах? Но Россу было все равно. Его истинная пара была здесь, рядом, он нашел её и теперь не отпустит. Никогда не отпустит.

Дарина вбежала в спальню и, хлопнув дверью, повалилась на кровать, вымещая злость на подушке. Несправедливо!

Через пару секунд дверь открылась и снова тихо закрылась. Эйлин села возле неё:

– Дарри, милая, ты рвешь мне сердце. Это я виновата во всем! И дернул меня черт надеть этот проклятый шарф!

Дарина гневно посмотрела на сестру:

– Ты не виновата, кто знал. Кто знал, что этот болван что-то там себе решит!

– Милая, пожалуйста, говори тише.

– Не буду, пусть слышит, что я о нем думаю. О нем и его носе!

– Ну а нос тут причем?

– Но ведь именно им он учуял мою якобы истинность.

Эйлин улыбнулась и обняла сестру:

– Ты не была там, ты не видела, как он встрепенулся, когда услышал твой аромат, как его глаза наполнились надеждой. А потом он подошел ко мне и сказал: «Ты!». Я ужасно испугалась.

И сестра пересказала девушке то, что происходило на поляне.

– И Брайс был готов драться с ним? – спросила Дарина.

– Да, тогда я испугалась еще сильнее, ведь он Альфа, а значит сильнее любого волка.

– Что мне делать, Эйлин? Может, ты отвлечешь их, а я потихоньку сбегу?

– Надеюсь, ты не серьезно? Самая плохая идея бегать от волка, особенно от своей истинной пары, - Эйлин грустно посмотрела на сестру. – Все наладится, вот увидишь.

– Наладится, ты всегда так говоришь! Я не хочу быть его женой, я вообще не собиралась ни с кем связываться, чтоб ты знала.

– Дарина, было глупо думать, что Рональд не заставит тебя приехать обратно, когда ты закончила бы колледж. И еще глупее думать, что ни один волк не заявил бы на тебя права.

– Бр-р-р. От волчьей терминологии меня тошнит.

Эйлин вздохнула и поднялась с кровати:

– Ты слишком много времени жила среди людей, и это не пошло тебе на пользу. Не следует забывать о своих корнях никогда.

– Будешь читать мне нотации?

– Никогда этого не делала и не собираюсь начинать. Но у тебя есть только два варианта: самой выйти из этой комнаты, сохранив остатки гордости, или дождаться, пока твоя пара явится за тобой и вынесет тебя на плече. Напомню только, что волки не отличаются терпением.