— Так какое же ваше мнение? Плохо или хорошо поступил ваш брат?

— Хорошего мало.

— Да, вы правы. Все это выглядит, как намеренное оскорбление.

Егор косится на скелет.

— Мертвым костям какая обида.

— Ваш брат оскорбил инспектора. Получилась своего рода карикатура. Так сказать, весьма прозрачный намек, что инспектор похож… Вы понимаете?

Егор вспоминает:

— Это какой инспектор? Который у Красновых стоял?

— Да.

— Копченый?

— Его фамилия Евский.

— Знаю, — Егор задумывается. — А бог его знает — может, и правда, походит.

— Ясно. Присаживайтесь.

Теперь в учительской появляется Митя. Его ставят на то место, где только что стоял Егор.

— Митя, у тебя какая оценка по поведению? — ласково спрашивает Зарепкина.

— Еще не выставляли.

— Меня интересует оценка за прошлый год.

— Тройка.

— А ты помнишь, на каком условии тебя взяли в школу? До первого проступка?

Митя внимательно и неподвижно смотрит на графин с водой. Егор вмешивается:

— Ты не молчи. Тебя люди спрашивают.

Егору жалко брата. Митя здесь совсем не такой, как дома. Он вроде меньше стал и смотрит — словно ушибли его, и он не может отдышаться. «Боится он их, хвост поджал», — соображает Егор.

— Двойки у тебя есть? — спрашивает директор.

— Есть.

— Сколько?

— Я не считал.

— Подумайте, — говорит Зарепкина. — Он не считал. Не удосужился!

— Ты куришь? — спрашивает Лара.

Митя не отвечает ей.

— Митя, а кем ты хочешь быть? — спрашивает Антонина Петровна.

Митя ни слова.

— По-моему, ясно, — говорит Зарепкина.

Директор охотно соглашается:

— Да, конечно. Ну, что ж…

Он оборачивается к Егору.

— Я думаю, вы можете быть свободны… И Митя тоже. Мы все обсудим и решение сообщим через классного руководителя.

Егор берет с пола свою стеганку и фуражку. Идет к двери. У порога останавливается.

— Вы что-то еще хотели сказать?

— Вы, товарищи учителя… Вы его не выгоняйте. Вот такая наша просьба. От Мити и от меня…

— Мы обсудим, вы не беспокойтесь.

Егор и Митя скрываются за дверью…

Выписка из протокола педсовета

Речкунов. Кто желает выступить?

Зарепкина. Я немного погодя.

Речкунов. Тогда я скажу пару слов. Товарищи, в нашей школе произошел исключительно позорный случай. Я человек новый, но вы знаете Копылова не первый год. Вы мучились с ним с самого первого класса. Ждали, что ваши труды не пропадут даром. И вот… дождались. Он прославил школу на весь район, если не на область. Я думаю, что вы со мною согласитесь. Школу нужно очищать…

Хмелев. От учеников?

Речкунов. Нет, от хулиганов. Кому дорога школа, как коллектив, тот не может мириться с разлагающим, тлетворным влиянием отдельных учеников. Лучше пожертвовать одним…

Найденова. Это была шутка.

Речкунов. Вот так шутка! А завтра он на нас с вами с ножом кинется. Вот смеху-то будет!

Найденова. Митя не кинется.

Хмелев. Зачем говорить о ноже, которого нет.

Зарепкина. Я видела у него нож. Своими глазами.

Хмелев. Перочинный?

Зарепкина. Я не разбираюсь в ножах.

Зарепкин. Он нож приносит ботву обрезать на участке.

Речкунов. А часто он бывал на участке? Вы сами говорили, что он или отсутствовал, или мешал другим.

Зарепкин. Было дело.

Входит Геннадий Зарепкин.

Зарепкина. Тебе что?

Геннадий. Я тоже виноват. Мы вместе были.

Зарепкина. Во-первых, тебя сюда не звали.

Хмелев. Напрасно не звали.

Речкунов. К чему ты, Гена, это говоришь? Это все равно не поможет твоему другу.

Геннадий. Мы вместе одевали…

Речкунов. Копылов признался, что сделал это один.

Зарепкина. Геннадий, я прошу тебя выйти.