благотворительностью для детей? Серьезно? Она должна быть действительно хороша,

потому что она, несомненно, была занудой…

– Ты закончила?
– отрезал Брейди.

Лиз замолчала.

– Эмм…да.

– Хорошо. Теперь, когда ты высказалась, давай попробуем забыть все, что

произошло в прошлом, и подумать, что нам делать теперь. Я не могу изменить того, что

произошло в прошлом году, и я не могу изменить обстоятельства, в которых мы

находимся сейчас. Единственное что я могу, это подумать о будущем.

Брейди взлохматил свои волосы, он вернулся и сел рядом с ней.

– Я хочу, чтобы мы вышли на публику.

– Что?
– ахнула Лиз, резко поднимаясь и захлопнув рот.

Она была уверена, что ей послышалось.

– Извини. Что ты сказал?

– Лиз, я хочу выйти на публику. У меня было больше года, чтобы подумать о том,

как бы я мог поступить иначе. Я достаточно по тебе скучал, чтобы захотеть этого. Я хочу

попытаться это сделать. Люди уже знают о твоем существовании. Конечно, будет не

просто, но пусть это будет наше решение, а не СМИ. Раньше мы не появлялись на

публике, потому что я не видел ничего, кроме своей карьеры. Ну, а теперь, я хочу и то и

другое. И должен быть в состоянии получить это.

Лиз сглотнула. Она почувствовала легкую слабость. Она никогда не думала, что

будет обсуждать это с Брейди. Ни разу. Каждый раз, когда она позволяла себе подумать

об этом, она отгоняла эту мысль. Теперь, когда она столкнулась с такой возможностью,

она даже не знала, как это будет выглядеть.

– Эм, вау. Это…это сильно, Брейди. Я имею в виду…Мы только расстались с

Хайденом. Я получила работу в «Нью-Йорк Таймс». Я до сих пор учусь в университете, я

редактор в студенческой газете, и те статьи. У тебя скоро перевыборы.

– Лиз, мне наплевать, - произнес Брейди, стоя рядом с ней.

Он схватил ее за руки и притянул к себе.

– Я хочу это сделать. Все, что ты говоришь, это трата времени. Ты ушла. Я

понимаю, почему ты ушла, но я был дураком, что позволил этому случиться.

– Я просто…я хочу, Брейди, но…

174

– Нет, - сказал он, поднося ее руки к губам.
– Ты хочешь.

Она улыбнулась ему, но внутри все сжалось. Это было именно то, чего она хотела

и это до жути пугало ее. Все изменилось слишком быстро.

– Да, Брейди. Я хочу быть с тобой, но это действительно очень внезапно.

– Знаю. Это сумасшествие, - сказал он.
– Обычно я не делаю поспешных

поступков. Ты и правда сводишь меня с ума.

– Я просто…Я знаю, что в прошлый раз я была той, кто не хотела скрываться,

поэтому я не должна сомневаться на счет этого, но здесь нужно многое обдумать.

Брейди улыбнулся и затем наклонился и поцеловал ее в губы.

– Думаю, я бы больше удивился, если бы ты полностью со всем согласилась. Это

серьезное решение. Я привык быть в центре внимания. И тебе тоже придется, детка.

Лиз замерла. Об этом она не подумала. Ну, не совсем. Она всегда думала, что ей

лучше оставаться за камерой, чем перед ней. Она предпочитала писать статьи, а не

работать в эфире. Как это будет, предстать перед камерами с Брейди?

– Мы можем…мы можем сначала подождать, пока это все уляжется? Я просто не

хочу торопиться, и открыться всем, только для того, чтобы оказаться под еще более

пристальным вниманием?

– Пусть будет по-твоему, - сказал он, снова нежно целуя ее, - до тех пор, пока

это означает, что ты моя.

– Я всегда ею была, Брейди.

Глава 28

По кругу

Брейди и Лиз провели остаток выходных взаперти в его домике у озера. Они не

выходили из дома, не желая рисковать быть замеченными репортерами, которые могли

бродить неподалеку. Но никто из них особо не возражал. Было хорошо и спокойно, по

сравнению с тем адом, в который они вернутся, когда уедут с озера. Никто этого не хотел.

Дорога обратно в Чапел-Хилл, казалось, по времени заняла половину того пути,