дальше.

– Думаю, ты просто упрямая, - наконец-то произнес он, нарушая тишину.

114

Лиз наклонила голову вперед и недоверчиво посмотрела на него.

– Я упрямая? Из всех людей, это ты тот, кто говорит мне, что я упрямая? Не суди

других по себе, - сказала она, указывая на него.

– Твой сарказм хороший способ защиты, - сказал он.
– Наверное, с кем-то

другим это срабатывает.

– Твоя уверенность политика - хороший способ защиты, - ответила она.
–

Наверное, с кем-то другим это срабатывает.

– Это срабатывает с тобой.

Лиз засмеялась и закатила глаза к потолку.

– Ты думаешь, что я повелась на твое дерзкое поведение мудака? Я учуяла это за

версту. Я даже не воспользовалась твоим номером, который ты мне дал в клубе той

ночью, когда мы впервые встретились.

– Продолжай убеждать себя в этом.

– Ты невыносим, - выплюнула она, отходя от него подальше.

– Тебе понравилась каждая минуту из этого.

Он повернулась к нему.

– А как на счет того, времени, когда ты оставил меня одну в Хилтон Хэд, и даже

не позвонил? Или когда ты разозлился на меня из-за того, что я опубликовала статью, в

которой я написала про то, что хотела написать я, а не ты? Или о том, когда ты пришел с

другой девушкой на гала вечер, куда пригласил и меня?

– Лиз…

– Или просто скрывая меня от всех. О, смотри, мы по среди ночи в месте, где нет

камер. Как удобно, - протянула она, качая головой.

Брейди сократил расстояние между ними и медленно потащил ее назад, пока он

она ни оказалась прижата к стене. У нее перехватило дыхание от его близости. Ее тело

ожило. Святое дерьмо! Как он это делал?

– Такое впечатление, что твои воспоминания очень отличаются от моих, - сказал

он, направляя свою руку к изгибу ее шеи и на плечо.

Его вторая рука была на стене, слева от ее головы. Она сглотнула.

– Кажется я помню вечера, проведенные у озера, снимая с тебя одежду в беседке,

держа тебя рядом всю ночь, когда ты выпила слишком много, оставаясь с тобой на еще

одну ночь Четвертого июля…

Его рука коснулась ее груди, и ее голова глухо откинулась к стене. Он

ухмыльнулся и переместил руку к ее тонкой талии.

– Ты забыла об этом?
– спросила она, его глаза впились в ее.

Голос. У нее был голос. Он был где-то там.

– Нет…нет, я не забыла, - наконец-то прошептала она.

– А я так не думаю.

Чертов сукин сын.

– Если ты скажешь мне прямо сейчас, что не хочешь меня, я остановлюсь.

Его пальцы нашли подол ее платья, и он провел ткань с одной стороны на другую

по чувствительной коже. Ее веки затрепетали, пока она изо всех сил пыталась подобрать

слова.

– Извини. Я не расслышал, - поддразнил он ее.

Его рука углубилась в ее трусики, и он играл кружевом на ее резинке. Его губы

двигались к мочке ее уха, прежде чем обольстительно заговорить:

– Если ты ничего не отвечаешь, я собираюсь тебя трахать до завтра.

Ее тело кричало и стонало. Оно требовало всего, что предлагал Брейди. Оно

отчаянно нуждалось идеальном фирменном экстазе, который мог дать только Брейди. Но

ее разум боролся с ее телом. Что-то внутри нее нашептывало, напоминая ей, почему она

ушла от него, напоминая ей, что был кто-то еще…в жизни каждого из них.

115

За то время, что ей потребовалось, чтобы услышать, что ей говорил разум, Брейди

расстегнул кнопку на ее джинсах и потянул молнию вниз.

– Стоп, - пробормотала она, потянув руки вверх.
– Брейди, ты встречаешься с

другой.

– Я помню, что ты назвала ее наглой неприятностью, - со вздохом произнес он,

когда выпрямился.

– Я не могу этого сделать, пока мы оба с другими людьми. И пока это будет

продолжаться, это дверь будет закрыта, - прошептала она.

Ее тело было такой шлюшкой.

– Ты собираешься остаться с тем парнем, после того, как он расстроил тебя

настолько, что ты позвонила мне и пришла сюда?