Похудевшая и похорошевшая Ольга смущенно принимала заслуженные комплименты и ни на шаг не отходила от мужа. Тонкая талия выгодно подчеркивала полную грудь и бедра. Сногсшибательную фигуру по достоинству оценила вся мужская половина, собравшаяся на банкет, и Кьердис был на двадцатой вершине от счастья.

Жени в паре с Лонье парила мозги послам, слушающим их с открытыми ртами. Тоньес, усмехался в стороне, краем уха следя за разговором и перебрасываясь репликами с Марком. Недавно профессор разнюхал, чем демон занимается, и теперь не давал ему прохода просьбами показать коллекцию артефактов. Ага, ага, так тот и разбежался. Физику? Ни в жизнь!

Веселый Мишель разыскал друзей среди гостей и выпросил покатать его завтра утром на флайерре.

— Ты не находишь, что он сегодня не похож на себя? — Сантилли проводил оборотня задумчивым взглядом, — На месте Таамира я бы увел его домой. Увел, а не отправил, Ласти. Не нравится мне все это.

— Немного перебрал, — принцесса пожала плечами, — Мне кажется, ты зря волнуешься. У него голова всегда была на своих плечах.

Да, вот уж кто, так это Мишель отличался завидным здравым смыслом, не смотря на всю свою кажущуюся безалаберность, и никогда не совершал непродуманных поступков, даже когда ссорился с драконом. Но в последнее время с ним что-то странное происходит. Взять хотя бы тот идиотский ночной поход в пещеры. Один, без страховки. Совершенно на него не похоже.

Утром мальчишка опоздал к назначенному времени, не отвечал на вызовы, и Сантилли, наученный горьким опытом, заявился прямо к нему в спальню, чтобы ошарашенно замереть перед постелью.

Они спали, крепко обнявшись. Вернее, Мишель, обхватив Орелина, безмятежно лежал у него на плече. Черные волосы волнами рассыпались по подушке и обнаженной спине.

— Падаль, — зло выдохнул Санти, сдергивая с них одеяло, — Ты что делаешь?

Любовники подорвались на кровати и сонно захлопали глазами. Дэи вэ пришел в себя первым, с испугом уставившись на разъяренного ашурта. Мишель удивленно отстранил принца от себя, провел по его голой груди пальцами и начал медленно отползать. Герцог не видел, как он бледнеет, со всего размаха бросив одеяло обратно. Орелин жалобно произнес:

— Я не хотел, — и замолчал под тяжелым взглядом герцога.

— Я понимаю, — сквозь зубы ответил тот и нехорошо усмехнулся, — Тяжело пройти мимо такого красавчика.

— Санти, — Мишель мотнул головой, пытаясь понять, как он здесь очутился и что вообще происходит.

— Заткнись, щенок! — ашурт отступил от кровати, — Заткнись, ты понял!

— Сан, не кричи, — тихо попросил юноша, — И так голова трещит, — он потер виски и потеряно посмотрел на него, — Пожалуйста.

— Пошел вон! — рявкнул на принца ашурт, — Вон, я сказал!

Орелин быстро сполз с кровати, и, не сводя с него испуганных глаз, начал быстро собирать разбросанную по полу одежду.

— Прогулка отменяется, — холодно сказал Сантилли и развернулся к выходу, столкнувшись в проеме арки с Таамиром, привлеченному криками.

— Правильное воспитание решает все, — ашурт похлопал его по плечу и вышел, оттолкнув с дороги.

Дэи вэ поспешно открыл портал и нырнул в него. Король, как будто ничего не произошло, спокойно собрал его оставшиеся вещи, вышвырнул следом и оставил воспитанника одного.

— Тай, — осторожно позвал его Мишель, но Ин Чу не отозвался и тогда он закричал, — Тай! Я ничего не помню! Дьявол! Я ничего не помню! — он ударил по постели кулаками и прошептал, — Я ничего не помню.

Дракона не было ни в спальне, ни в гостиной, ни в кабинете. На мысленные вызовы он не отвечал. Юноша обреченно опустился на ступени лестницы, ведущей на второй этаж, и обхватил голову руками. Он на самом деле ничего не помнил. Провал. Черная пустота. Банкет, как в тумане.

Почему? Он же ненавидит это! Презирает! Считает грязным. Почему?! Боги, он опозорил своего опекуна! И теперь отношения Санти и Таамира, с таким трудом начав налаживаться, полетят к чертовой матери. Все полетит к чертовой матери! Все!

Санти прав: он — падаль, низкая тварь. Из помойки вылез, и на помойке ему и место. Юноша достал из ящика стола грамоты. Маркиз Ксавье де Кабрера. Замок, почти готовый. Ничего ему не надо. Он положил ладонь на гербовую бумагу и произнес только одно слово:

— Отрекаюсь.

Листы сразу съежились и обуглились по краям. Нет больше маркиза, опозорившего Дом Ин Чу. И никогда не будет. Мишель сложил в рюкзак только самые необходимые вещи, сняв все подарки Таамира: цепочку, браслет, штангу с колечком. Ох, и ругался опекун, когда увидел, что сделал воспитанник со своим животом, чуть не вырвал. Спасибо Бет. Но самое смешное, что через неделю подарил ему новое украшение вместо того «убожества, что болтается у тебя на пупе», конец цитаты.

Записку можно не оставлять. Пустые слова ничего не значат и ничего не решат.

Бет так и не добилась от угрюмого Таамира объяснений. Дракон обнял ее за плечи и попросил не трогать его, закрыв тему.

— Сан, он не мог так сделать!

Герцог, круживший по гостиной, как по клетке, показал пальцами на свои глаза.

— И что ты видел? Только то, что они лежали вместе. И все!

Так яростно они еще не ругались никогда, и, не придя ни к чему, разошлись по разным комнатам: ашурт от души шарахнул дверью спальни, прекращая разговор, Ласайента осталась в гостиной зализывать душевные раны.